город | ??? | вечер |
Вероника, Джейк |
[NIC]Jeke Hatton[/NIC]
[STA]одела сурикат[/STA]
[AVA]http://s9.uploads.ru/AFKCc.png[/AVA]
[LZ1]Джейк Хаттон, 22y.o.
profession:студент;
relations: свободен[/LZ1]
[SGN]
[/SGN]
alessiahill |
Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.
Вы здесь » alessiahill » Сакраменто » If you want to stay
город | ??? | вечер |
Вероника, Джейк |
[NIC]Jeke Hatton[/NIC]
[STA]одела сурикат[/STA]
[AVA]http://s9.uploads.ru/AFKCc.png[/AVA]
[LZ1]Джейк Хаттон, 22y.o.
profession:студент;
relations: свободен[/LZ1]
[SGN]
[/SGN]
Раньше я не знала – что же такое на самом деле боль. Как это потерять людей, которые значили больше, чем воздух, которым дышишь. Что чувствуют при этом люди? А сейчас, когда прошел уже месяц с самого черного дня в моей жизни, я понимаю, что это больно, трудно, практически невозможно отпустить людей, которые были в твоей жизни всем, и нужны намного больше, чем все шесть миллиардов жителей планеты вместе взятые. Моя жизнь превратилась в Ад в то самое мгновение, когда я открыла в больнице глаза и поняла по взгляду брата, что случилось что – то ужасное. Почему я выжила, а они погибли? Этот вопрос терзает меня до сих пор. Почему я не погибла вместе с ними? А теперь меня мучает чувство вины за их смерть. И самое ужасное было осознать, что вместе с родителями из жизни ушла краски. Мир померк и превратился в черно – белый. Я даже танцевать перестала. Не могла. Не было ни сил, ни желания, ни вдохновения. Раньше, я ощущала, как за спиной у меня вырастают крылья, стоило мне вступить на паркет. А сейчас не чувствовала ничего. Иногда мне казалось, что я превратилась в бесчувственную снежную королеву с холодным, как льдина сердцем. А пустота, которая разрасталась внутри, точно раковая опухоль, не давала заснуть по ночам. Я почти не спала и не ела, превращаясь в призрака. Бесцельно бродила по комнате, а потом, прислоняясь спиной к холодной стены, съезжала вниз, прикрывая глаза, скрывая подступившие слезы. Хотя от кого я пряталась и сама не знала. Ведь в доме, как в этом огромном и темном мире, я осталась совсем одна. Кому я сейчас нужна? Кто поможет? В последнее время, как мне кажется, я совершенно никому не нужна. А кто у меня остался? Только брат, который сейчас живет на другом конце планеты. Как же я по нему скучаю. Но у него свои заботы. Не зачем его беспокоить. За этот месяц моя жизнь практически превратилась в простое человеческое и совершенно бессмысленное существование. Я либо сижу у себя и смотрю в окно, либо валяюсь на кровати, либо гуляю около реки. Это место, любимое у моих родителей. Было когда – то. Почему люди, которые нужны тебе как воздух, иногда уходят так рано? Это несправедливо. Жизнь абсолютно несправедлива. И эту боль, которая с каждой секундой, становилась лишь сильнее, было ничем не заглушить. Но я держусь. Держусь, несмотря ни на что. Но каждый день депрессия затягивает меня все глубже и глубже, не дает продохнуть. Она перекрывает мне свет, перекрывает внешний мир. Вот и сейчас, находясь в центре толпы, беснующейся в экстазе, поклонников одной достаточно известной музыкальной группы, я будто не слышала ни музыки, не ощущала, как раньше, потребности танцевать в такт, подпевать и просто радоваться жизни. Были люди и были я. И я была не с ними. Чужая на этом празднике жизни. Мама на Рождество подарила билеты на концерт. Хотела порадовать. И я радовалась, точно ребенок, держа их в руках. Но тогда и не подозревала, что через несколько дней самых дорогих людей, не станет. Когда – то давно я мечтала сбежать из дому, обрести свободу. Настолько не хотела зависеть от родителей, что даже пошла работать в стрип клуб. А сейчас их нет. И только сейчас я поняла, что моя одинокая жизнь давно потеряла всякий смысл. Какая – то девушка случайно толкнула меня в плече. Я оглянулась, да так и застыла с приоткрытым ртом. Как же она была похожа на маму в молодости.
– Мама! - за неделю это было первое слово, которое я сказала вслух. И вновь слезы. Вновь боль. Безысходность. Я не могу так жить. Не хочу. Выбравшись из толпы танцующих людей, я бросилась наверх. Я частенько бывала в этом клубе. Здесь был выход на крышу. Пускай по правилам пускать туда никого нельзя. Но молодежь всегда выходила туда покурить. Вот только я сюда не покурить пришла. Мне не хватало воздуха. Я задыхалась. Боль душила, покрывая собой все. Кроме нее я не ощущала больше ничего. Шаг, другой, третий. Подхожу к краю крыши. Отсюда открывался потрясающий вид на ночной город. Раньше я замечала всю эту красоту. Но не сейчас. Сейчас я не видела ничего. Всего один шаг и все закончится. Боль исчезнет. Все станет легче. Наверное. Может быть, я окажусь в том прекрасном мире, где сейчас были мои родители. В том другом мире не было никакой аварии. Мы продолжали жить одной большой счастливой семьей. Я хотела в это верить и верила. Всего один шаг отделяет меня от сказочной страны, где мы вновь будем вместе. Так почему я его еще не сделала? Что задерживает меня у края, не давая сделать один, самый важный шаг в своей жизни?Отредактировано Veronica Lodge (2019-02-02 19:38:59)
я скучаю по тебе...
… закидываю руки за голову, вперив взгляд в небо. Облака тянутся навстречу друг другу, срастаются - и я вижу твое лицо. Ты улыбаешься мягко, чуть прищуривая глаза. Чувства замирают. Протягиваю руку, чтобы коснуться твоей щеки, но облака, усмехаясь, расползаются, оставляя неясную тень воспоминания…
Джейк резко сел на кровати. Опять ему снилась она, во время своего последней встречи с ним, когда они в шутку прощались. Прощались, и она ушла. Хаттон ее больше не видел. Хотелось закричать остановить ее, но он не посмел бы. Она просила его не скучать, а он обещал ей защиту. Он ведь обещал ей, что поможет ей, что защит ее, но она не поверила, она ушла от него. Это было ударом в спину. Так бывает иногда с друзьями, они уходили, а у нее были проблемы с наркотиками. И как бы он не хотел, он не смог бы исправить всего дерьма, что было в ее жизни. После этого прощания которое было похоже на постановку, Картер ударил его по плечу, он знал, что между ним было что-то что не понимали другие. Поведя плечом, он сбросил руку друга, она сделала свой выбор. И это был не тот, что принимал парень.
я скучаю по тебе…
…так, что хочется обнять тебя крепко-крепко и держать, не разжимая рук. Пока хватит сил. Окружить любовью, защищая от чужих недобрых взглядов. И только мое сердце будет тихонько дышать рядом с тобой. Прикоснуться бы губами к твоей шее, ища твой пульс. Найти. Поцеловать. Обжечь дыханием, услышав которое, ты все поймешь без слов…
Прийти в себя помог только душ, холодный и бодрящий. Когда в последний раз он вообще видел ее во сне? Года три назад. Он давно смерился, что девушка ушла. Он тоже сделал свой выбор, не в пользу наркотиков. Ему нужно было выплеснуть все это. А какие сегодня число? Он бросает взгляд на календарь, годовщина. Теперь все встало на свои места, просто ему нужно было пережить этот день, не свихнуться. У него были друзья, но никогда он не сближался так как с ней. Джейк даже не хотел воспроизводить ее имя. Взять хотя бы последний день всех влюбленных, этакий праздник для цветочников и торговцем шоколада. Джейк тогда жестко прокосячил с Марли, но именно она пришла ему на выручку, когда уже сейчас бывшая девушка, едва не порвала парня на британский флаг. Хорошего друга можно было найти, но лучшими становятся.
Дальше по плану был спорт зал. Ему нужно было это необходимо. Удар. Удар. Напряжение покидает его тело, ярость получает свой выход. Еще удар. Удар. Парень бьет с разворота, заставляя грушу жалобно скрипнуть, подвешенную под потолком. В таком духе тренировка продолжалась пока он устало не обнял грушу, прижимаясь к ней лбом. Его выбором был спорт, не наркотики. Так почему она выбрала отраву в кровь? Местным было привычно видеть Джейка тут ранним утром. Кивая друзьям и знакомым Хаттон, в последний раз ударил по груше, оставляя это место кому-то другому. Свернув в душ, Крис справился максимально быстро, ему нужно было уехать, навестить одного человека, который сегодня ночью не давал ему покоя. Спустя столько времени, она не могла ему просто привидеться, это было бы глупо. Джейк просто хотел убедится, что с ней все в порядке, она даже не увидит его. Не заметит.
я скучаю по тебе…
… взять бы тебя за руку. Поцеловать ладонь. Приложить эту ладонь к своей щеке. Заглянуть в твои глаза. Поцеловать краешек твоей улыбки, целуя твой голос, твой смех…
Дорога на кладбище была не долгой. Хаттон максимум выжимал из своего байка. Низко склонившись над угнанной ласточкой, которую уже перекрасили и подправили номера, он лавировал между автомобилями, ловя неодобрительные сигналы авто. Он просто собирался перегнать его сегодня. Стоя у могильной плиты, он прочитал «Любимой дочери, сестре и подруге». Да, она не увидит его. Хаттон исчез оттуда так же быстро, как и появился. Так бывает, когда больно.
я скучаю по тебе…
… настолько сильно, что кажется, будто время заснуло, и я кричу во весь голос, стремясь разбудить его. А оно тянется катастрофически медленно, и я думаю, что проживу тысячу жизней в ожидании тебя одной. Ветер, играя с листвой, ласково шепча что-то, но я в этом шепоте различаю только имя твое... В порыве отчаянно хочется нырнуть в эти волны, проговаривающие твое имя тихо и ласково. Хочется нырнуть в твое имя и напиться им. Хочется нырнуть в твои глаза и отразиться в них небом. Хочется нырнуть в тебя…
Утро в зале, день на кладбище, вечер в клубе. Привычный день? Пара рукопожатий, пара треков, срывающий голос. - Nobody can save me now, the king is crowned, it's do or die! –это был его способ забыть. Когда голова пошла кругом от выпитого и духоты, он поднялся на крышу, опускаясь на кровлю, и поднимая голову к небу. Ему было спокойно и казалось все налаживалось, он пережил этот день. Однако его прервали, на крышу буквально влетела девушка. Она буквально задыхалась, смотря вниз, будто решаясь на что-то. Осторожно поднимаясь, Джейк решает не пугать ее. – Ты же понимаешь, я не Лео ДиКаприо из Титаника, предлагать прыгать за тобой не буду, - говорил он, подходя ближе. Рассматривая ее, это была Вероника, они были знакомы, но не так близки. – Вероника? Не вздумай, - жестко предупредил ее Хаттон, осторожно подходя к ней, - Как бы хуево тебе сейчас не было,- тихо продолжал он, в голове его мысли сменяли друг друга. Пытаясь понять почему.
[NIC]Jeke Hatton[/NIC]
[STA]одела сурикат[/STA]
[AVA]http://s9.uploads.ru/AFKCc.png[/AVA]
[LZ1]Джейк Хаттон, 22y.o.
profession:студент;
relations: свободен[/LZ1]
[SGN]
[/SGN]
В нашей семье считалось, что любую беду можно исправить чашкой чая. Но сколько бы я его не пила, боль ни на мгновение не утихала. Открытая рана, которая никак не желала затягиваться. «Знаешь, что такое победа надежды над опытом? – любил говорить отец. – Планирование веселых выходных для всей семьи». Мы слишком редко собирались вместе. И не всегда встречи были такими уж счастливыми. Но сейчас я бы отдала все, что у меня было, чтобы вновь съездить за город и устроить пикник, как любила мама. Но родители были далеко. Слишком далеко. Но с другой стороны я могу сделать шаг. Всего один. И мы станем куда ближе друг к другу, чем были когда – либо. Кап, кап, кап. Слышу, как капли дождя разбиваются о крышу. Поднимаю лицо к небу, и тут же холодные капли растекаются по коже, скрывая слезы, которые я так и не сумела остановить. А в шуме ветра, который гулял здесь, казалось, что я услышала голос отца.
- Летом, как ты и хотела, мы полетим в Париж. Будем сидеть за столиком у кафе в Маре, пить кофе и завтракать теплыми круассанами с маслом и клубничным джемом.
Всего одно маленькое движение и мы сможем оказаться в любой точке вселенной. Вместе. И если на свете действительно существовал Рай, то он был у меня только рядом с близкими. И я хотела туда всем сердцем. Но почему тогда я еще здесь? Почему никак не могу переступить черту, отделяющую жизнь от смерти? Закрыла глаза. Наверное, страшно было прыгнуть вниз, видя, как высоко. Фантазия тут же рисует страшные картины. И боль, такую явную, что казалось, будто я уже упала, просто еще не могу осознать этого. Хотя никакая физическая боль, не сравнится с той, которую я испытывала в тот день, когда перешагнула порой опустевшего дома. Но внезапно раздавшийся голос, заставил вздрогнуть, прогоняя самые кошмарные картинки.
– Ты же понимаешь, я не Лео ДиКаприо из Титаника, предлагать прыгать за тобой не буду.
Что? Оборачиваюсь на звук голоса, пытаясь сфокусировать взгляд на том, кто так не вовремя меня потревожил. Глаза резало от слез. Я почти ничего не видела. Но эту самодовольную ухмылку помнила очень хорошо. Джейк. Друг моего бывшего парня. Человека, которого я любила всем сердцем, но который покинул меня, как и родители. Когда люди впервые сталкиваются со смертью, то это событие невозможно забыть, как бы ни хотел. Как первый поцелуй. Как первый секс. И не важно, кто это был – хомячок, век которого не так уж и долог, дальний родственник, которого ты видел раз в год или один из самых близких людей. И сейчас, смотря на Джейка я вновь оказалась в больничной палате…рядом с Генри. Обнимала его, сложив голову ему на грудь. Чувствовала слабое прикосновение пальцев Генри к спине, его теплое дыхание в своих волосах. Закрыла глаза, вдыхая его запах, запах лета, которым он и был в моей жизни, несмотря на безликую свежесть комнаты со слабым тревожным привкусом дезинфицирующего средства. Я пыталась ни о чем не думать, просто быть, пыталась раствориться в любимом человеке, навсегда запечатлеть в себе оставшиеся минуты. И молчала. Впервые в жизни я пыталась не думать о будущем. Пыталась просто жить, пропускать сквозь себя ощущения. Мы лежали в больничной палате, под шум множества приборов, почти в темноте и смотрели, как снежинки на мгновение вспыхивают в лучах света и исчезают во мраке ночи. А потом Генри уснул, и теперь только я смотрела на его лицо, ресницы, редеющие в уголках глаз, свежие веснушки на носу. А на утро его не стало. И сейчас вся эта боль, почти забытая и похороненная, разом обрушилась на меня, грозя утопить волной сожаления и скорби.
«Ты справишься. Чертовски горжусь тобой. Целую». – эта записка, которую передал мне после смерти Генри Джейк. Тогда же мы и виделись с ним в последний раз. Сколько прошло? Года два? А может три? Это было не важно. Я справилась тогда. Но не справляюсь сейчас.
- Не вздумай.
Качаю головой и делаю полшага назад.
- Не подходи. Ты не понимаешь. Никто не понимает. Так будет лучше.
Дождь лишь усиливался. Волосы липли к лицу. Я уже почти ничего и не видела. Не хотела видеть. Скользко. Как же здесь скользко. Я сделала всего одно неловкое движение и нога тут же соскользнула вниз. И в это мгновение, только когда падение было почти неизбежным, я осознала, что не хочу умирать. Я всем сердцем желала жить.Отредактировано Veronica Lodge (2019-02-05 21:06:41)
In joy and sorrow my home's in your arms,
In a world so hollow it's breaking my heart.
Он помнил ее по весьма печальному поводу, который каждый из них хотел забыть. Они после почти не общались, даже редкие встречи были крайне неудачны и несколько зажаты. Девушку можно было понять, он был тот последний кто передал последние слова того, кого нет, и кто был дорог. Любого можно было понять в той ситуации, но не сейчас. Когда она стояла на самом краю. Позволить ей стать героем самоубийственных новостей, парень не собирался. Она просто не имела право, не после того, что она уже прошла. И она должна была понимать, что сильнее всего этого. И если надо ему придется ей напомнить. Напомнить о том, что хотели для нее все и сейчас она решила лишить себя самого дорогого – жизни. Парень мог понять, что ей было больно, но он так же понимал, что выход есть всегда.
Дождь усиливался. И футболка намокла почти мгновенно, куртка же лежала на земле, было довольно душно перед надвигающимся дождем. От усмешки не осталось и следа, когда он смог увидеть ее растерянный взгляд, она буквально задыхалась от боли, что душила ее. И он не знал об этом ничего. Ему впервые было жаль, что она не общалась такое долгое время, что он упустил из ее жизни. Он мог продолжить общаться с ней, но он видимо сильно напоминал ей их общего друга, который оставляя ее, передал последнюю записку через него, беря с него обещания присмотреть за ней. Видимо сейчас пришло время вернуть долг. Обещание, которое если бы он сдержал, не привело бы Веронику на крышу. Парень понимал, что находится тут девушки в таком состояние нельзя. Она была сейчас крайне уязвимой, когда как никогда. Она качает головой делая шаг куда-то в сторону от него, ближе к краю. Не туда, хотелось ему крикнуть, но боялся спугнуть ее еще больше, чем она уже была напугана.
- Лучше для кого? Генри? Вероника, ни этого хотел для тебя мой друг, - говорил он стараясь перекричать дождь. Вода сильно мешала стопроцентному зрению парня, но он решил довериться своему бойцовому инстинкту, ведь когда он был на ринге и кровь застилала глаза, только инстинкты спасали его от того, чтобы увернуться от кулака, что фактически летел ему в лицо. И в момент, когда девушка стала наклоняться, понял, что ждать было нельзя. Было действительно скользко, и он мог улететь вслед за ней, что в его планы не входило, как и терять ее вот так. Резкий шаг к ней, парень хватает ее за запястья и тянет на себя так, что она возвращается в исходное положение, но инерция была уже отлажена и они падают на крышу, так как Хаттон и полагал поскользнулся на скользкой поверхности. Теперь уже они летели на крышу. Сначала он, затем она на него, так как он не собирался отпускать ее руки. Больно ударяясь плечом, Джейк выругался. У него на завтра был назначен бой, и подобная травма была крайне лишней, но приоритет чужой жизни был ему сейчас ближе.
Джейк смотрел на девушку, которая тоже была видимо в шоке, но он видел то, что радовало. Страх. Она не хотела умирать. – Я же говорил тебе, я не Джек из Титаника, разве нет? - пытался шутить он, поднимаясь сам и поднимая ее на ноги, он отвел ее подальше от края, обнимая. – Глупая, жизнь это самое драгоценное в этой никчемной вереницы дней, - шептал парень тихо ей на ушко, теперь ему не нужно было перекрикивать дождь. Он точно знал, что она слышит его. Джейк не позволил бы ей сейчас сбежать, да и не смогла бы она уже сделать этот шаг снова, он был уверен в этом. Подобное поведение было для него в новинку. Никогда ранее он не сдергивал никого с края крыши в подобном состоянии, было дело, но то были наркотики, и они скорее веселилось. Вот Вероника явно не веселилась. – Не делай так больше, выход есть всегда,- говорил он, обнимая ее.
[NIC]Jeke Hatton[/NIC]
[STA]одела сурикат[/STA]
[AVA]http://s9.uploads.ru/AFKCc.png[/AVA]
[LZ1]Джейк Хаттон, 22y.o.
profession:студент;
relations: свободен[/LZ1]
[SGN]
[/SGN]
На мгновение мне даже показалось, что сердце остановилось. Я чувствовала, как нога соскальзывает с поверхности. Всего миг и я смогу воспарить. Правда, ненадолго. Потом потянет вниз. А там…Нет, нет, нет. Не хочу. Правильно говорят, что когда летишь с моста, у тебя остается только одна проблема – ты падаешь. Все остальное теряет всякий смысл. Но люди не птицы. Они не умеют летать. Еще мгновение и ничего уже нельзя будет изменить. Я пыталась зацепиться хоть за что – то, но хватала лишь воздух. И мне было так страшно. Я не хотела умирать. Ни так. Ни сейчас. Я еще не готова. Я могла бы даже поверить в бога, если бы он сумел спасти меня в это мгновение. И хотя верующей никогда не была, но сейчас мне нужно было чудо. Нужно. И оно произошло. Я почувствовала, как теплая, не смотря на прохладную погоду, ладонь Джейка, сомкнулась вокруг моего запястья. Всего секунда и я уже не падал вниз. Мы с Джейком лежали на крыше, под проливным дождем. Было мокро и холодно. Но я сейчас не ощущали ни того, ни другого. Прижалась к парню, как будто он был моей спасительной соломинкой. В его объятиях было тепло. И спокойно. Наверное, что – то внутри ёкнуло, раз впервые с момента гибели родителей, сумела дать выход эмоциям. Заплакала: громко, навзрыд, не сдерживая себя, не боясь показать свою слабость. Дождь только усиливался, но я даже и не думала прятаться где – то. Не боялась заболеть или стать похожей на мокрую курицу с растекшимся по лицу макияжем. Сейчас я совсем ничего не боялась. Единственное, чего я опасалась, что Джейк уйдет, и я вновь останусь одна. Поэтому, когда он попытался подняться, лишь крепче его обняла. «Не уходи!» - так и кричали мои глаза, когда мы стояли спиной к входной двери. Да я даже подумать сейчас не могла, что Джейку может быть неудобно лежать на мокрой земле, от которой точно идет холод. Не думала, что он мог удариться спиной при падении. Когда – то об этом бы я подумала в первую очередь, даже попыталась оказать помощь, даже если бы она не особенно была нужна. Но сейчас, я вцепилась в парня, точно котенок, опасавшийся, что хозяин вот – вот уйдет. Уйдет, как все другие до него. А я так не хотела его отпускать.
- Я же говорил тебе, я не Джек из Титаника, разве нет?
Пытаюсь улыбнуться, наверное, впервые с того дня, как меня выписали из больницы. Выходит, правда, не очень. Н я все равно старалась. Хотя бы немного, но мне стало легче.
- А вот и нет. Ты тот самый Джек. Только зовут тебя несколько иначе, и ты не художник. Но такой же красавчик, как был ДиКаприо лет двадцать назад. И…ты меня спас. Спасибо…
Слезы непроизвольно все еще скатывались по щекам. Глаза, наверное, уже были красными, как у вампира или неспящего несколько суток человека. Даже сосредоточить взгляд на чем – то было тяжело. Глаза болели. Но зато сейчас я уже могла дышать. Грусть не душила, не перекрывала кислород и не отдавала болью в сердце. Но все еще чувствовала горький привкус скорби. Скорби по людям, которые были мне дороги. Были дороги, но ушли.
- Выход есть, Джейк. Но я не знаю, где мне выйти. Все, кто мне дорог, уходят. Генри, а теперь родители. Это ужасно. Несправедливо. Почему так?
Этот вопрос я задавала себе множество раз. Но так и не смогла найти на него ответ. Да и какое это имеет значение, если люди, которых ты любил всем сердцем уже где – то там, по другую сторону вечности? А ты здесь. Так далеко от них. Нужно продолжать жить, нужно надеяться, что скоро все переменится. Но один бог знает как же это, чёрт возьми, тяжело. Джейк сделал всего один шаг. Возможно, хотел спрятаться от разразившегося ливня. Но мне показалось, что он хочет уйти. Как мама, как отец…как Генри. Наверное, поэтому и прижалась еще сильнее, едва ли не цепляясь коготками ему в спину.
- Не уходи. Пожалуйста.
Еще совсем недавно я искала одиночества. Хотела побыть одна, закрыться в своей крепости одиночества. А теперь больше всего на свете опасалась остаться один на один со своими собственными демонами.
Leave behind your heartache, cast away.
Just another product of today.
Rather be the hunter than the prey.
Он не знал почему она так переживает, слишком выпал из ее жизни. Он знал, что она успокоилась по поводу Генри, стала жить дальше, Джейк решил, что можно отпустить ее, лишить своей опеки. Она справлялась, но видимо что-то случилось, о чем он еще просто не знал, и сейчас это выходило ему боком. Девушка явно была на гране, и кажется поняла, что сделала, только когда они лежали на крыши. Его руки сильно сжимали ее, не давая ускользнуть, но она не хотела этого. Она держалась за него так, как будто боялась, что он уйдет, оставит одну на этой крыши, но он не смел бы, не стал. Будь ее воля она вцепилась бы в него когтями, но ее пальчики так крепко держали его за вещи, что он решил не пытаться отцепить ее от себя. Ему было это скорее на руку. Она плакала так сильно, но сердце его сжалось, ему хотелось ей помочь, но как, пока не знал. Они все же переместились ближе к двери, затем он и вовсе облокотился на стену, когда пустился на землю, притягивая ее к себе, как ребенка, укачивая. Кажется его шутки действовали, и она решилась ответить ему, кажется котенок начал успокаиваться.
- Красавчик говоришь? А сама меня не замечала, - шутил Хаттон. Парень просто не мог поверить, что она просто решилась на подобное. – Давай договоримся, что ты больше не будешь так делать, обещай мне, - требовал он, заставляя поднять на него свои глаза из которых струились слезы, его пальцы держали ее подбородок до тем пор пока не получил положительного ответа на свое требования. Только после этого отпустил ее подбородок, вновь прижимая ее к себе. Дождь не щадил их, если они тут пробудут хотя бы минут двадцать, они после пойдут лечиться. Она начинала успокаиваться, это было главное.
- Это не справедливо, я понимаю, но неужели ты думаешь, что им было бы легче, чтобы ты лежала сейчас внизу так на холодном асфальте? Или они хотели бы, что бы их дочь была сильной и жила дальше, помнила их живыми и любящими? Вероника, ты выбрала самый простой, но не достойный любви своих родных способ.- говорил он, его губы прикоснулись к ее виску поцелуем. Он принял самое простое решение, которое можно было принять в подобной ситуации, Джейк решил увести ее с крыши подальше.
- Я уйду, но ты пойдешь со мной, - парень поднимается на ноги, увлекая ее за собой. Они вошли в узкий коридор, который не был почти освещен, он все еще прижимал ее к себе, им на встречу поднималась стайка молодежи, но увидев этих двоих, мокрых до нитки, явно передумали. Они прошли по периметру танцпола, к выходу. Там уже народу не было, но он был не на самом безопасном транспорте. – Послушай меня внимательно,- говорил он, отпуская ее и облокачиваясь на байк. –Ты будешь держаться крепко за меня, иначе я за себя не ручаюсь,- он надел на ее голову шлем, затем сам сел на байк, подождал пока она сядет сзади, и крепко обнимет его за талию. – Генри убил бы меня, если бы знал, на чем я везу тебя,- себе под нос пробубнил он. Затем дал ей знак держаться крепче, и тронулся с места. Заднее колесо повело, в дождь это не было самым безопасным транспортом. Однако он смог справиться с ним, и они уже покидали территорию клуба. Он ощущал ее ладони на своем теле, не смотря на холод, они у нее были теплые. Решение привести ее к себе домой было самым правильным, сестер не будет еще пару дней. Кажется, она еще ни разу не была у него дома. Только остановившись, он накрыл ее ладони своей рукой, будто говоря, что все нормально. – Все нормально? – интересовался он, снимая с нее шлем, дождь прекратился.
[NIC]Jeke Hatton[/NIC]
[STA]одела сурикат[/STA]
[AVA]http://s9.uploads.ru/AFKCc.png[/AVA]
[LZ1]Джейк Хаттон, 22y.o.
profession:студент;
relations: свободен[/LZ1]
[SGN]
[/SGN]
- А сама меня не замечала.
Качаю головой, словно пытаясь сказать, что он не прав. Джейк всегда был красавчиком. Он мне нравился. Но не так как Генри. Как брат, с которым можно было творить множество безумных поступков, общаться обо всем и ни о чем, устраивать битву подушками. Джейк мирил нас с Генри, когда мы ссорились. Казалось, он был нашим ангелом – хранителем. А потом…многое изменилось после смерти Генри. И жизнь развела нас с Джейком по разные стороны. Но сейчас, когда я находилась в ласковых объятиях парня, будто и не было всех этих долгих лет разлуки. Мне было хорошо рядом с ним. Тепло. Хотелось улыбаться, даже не смотря на то, что еще несколько минут назад я жаждала смерти. Сейчас я хотела жить. Когда – то давно у меня спросили – верю ли я в ангелов. Тогда я сказала, что нет. А сейчас…наверное, да. Ведь у меня точно был свой хранитель, и имя ему было Джейк. Поднявшись на ноги, беру парня за руку, переплетая свои пальцы с его, в замок. Боялась его отпустить. Боялась, что он сейчас растворится, точно морок, словно туман в солнечный день. Мне было все равно куда идти, лишь бы быть рядом с ним. Я была в центре огромной толпы и чувствовала себя чужой. А сейчас мы были только вдвоем с Джейком, и я ощущала себя живой. В моем сердце, которое я ощущала безжизненным, точно пустыня с выжженной солнцем землей, распускался прекрасный цветок. Мы спустились вниз так быстро, что я даже не успела этого заметить. Ощущала лишь легкость. Легкость во всем – в общении, в походке и даже где – то глубоко в душе забрезжил свет, которого я раньше не замечала. И только когда мы остановились около мотоцикла, я замерла. До аварии, которая стала переломной в моей жизни, я была заядлой гонщицей. Скорость – была моим наркотиком. А теперь я стояла и смотрела на байк Джейка и опасалась даже лишний раз вздохнуть. В последнее время я полюбила пешие прогулки или поездки на неторопливом общественном транспорте.
- Может, пройдемся пешком? – мой голос был тихим, как у мышки. А сквозь шум, разбивающихся о землю капель дождя, вообще был практически неразличим. Поежилась. Дождь пускай и пошел на спад, но все еще был холодным. Да и одежда так неприятно липла к телу. Нужно было срочно переодеться во что – то сухое. Наверное, именно это желание и подтолкнуло меня прокатиться на мотоцикле. Надев шлем, прижимаюсь к Джейку. Закрываю глаза, чтобы не видеть слишком быстро мелькающую перед глазами дорогу. Но на одном из поворотов, когда нас едва не занесло, глаза сами распахнулись. Все это было так похоже на нашу последнюю поездку с родителями. Я тогда уснула. И проснулась лишь, когда машину резко крутануло на повороте. И сейчас все повторялось. Мне было страшно. Страшно так сильно, что я прижалась к Джейку так сильно, что, казалось, сожми я чуть сильнее, точно переломаю ему ребра. Сердце колотилось, точно бешеное. Дыхание было рваным, тяжелым. Нет, нет, нет. Только не снова. Но все обошлось. Опасность миновала, и мы остановились около дома. Хотя еще несколько минут не могла поверить, что все прошло. Просто стояла и смотрела в пустоту, до боли сжимая руку Джейка в своей. «Дыши, Ника, дыши. Все хорошо. Никто не умер».
- Все нормально?
Не могу ответить на этот вопрос. Сначала киваю утвердительно, затем отрицательно. До сих пор не понимаю. Хотя уже немного успокоилась. Даже руки перестали дрожать.
- Мои родители погибли в аварии. Я тоже была в их машине. Но выжила. И знаешь…когда тебя слегка занесло на повороте, я подумала…подумала…
И вновь к глазам подступили слезы. Но я кусала губы в кровь, чтобы не заплакать. Я сильная. Я справлюсь. Теперь в этом мире я была не одна.
- А это твой дом? Миленький. Раньше, я никогда не бывала у тебя в гостях. Покажешь?
Falling too fast to prepare for this
Tripping in the world could be dangerous
Ему казалось, что она уже не отпустит его руку, что страх ее победил, но нет, она справилась. Парень знал, что это не самый безопасный способ передвижения, но и бросить здесь угнанный байк он не мог. Да и дождь не оставлял выбора, девушка дрожала, и может она не замечала этого, но он это слишком отчетливо видел. За два года с ним случилось многое, он влез в подпольные бои, перевозит угнанные автомобили и байки, он все так же любил свой фотоаппарат, любил снимать, но этим нельзя было заработать достаточно, чтобы жить на широкую ногу. Русская душа требовала. Сестры привыкли, что у него водились деньги, младшая стреляла иногда, а старшая только переживала.
- Погода, ты замерзла, просто потерпи, – просил он, не понимая причину такого страха, перед обычным транспортом, которым он пользовался и раньше. Хватка у нее была мертвая, отпустить она его не посмела, парень был готов поклясться, что, если прислушаться, можно было услышать стук ее сердца, что сейчас готово было выпрыгнуть из ее грудь, прижатой к его спине. А когда колесо повело, она и вовсе сжала его бока так сильно, что не будь он привычен к боли, попросил бы ее не делать так, но он ничего не сделал подобного, понятно все стало только возле дома, ее трусило как осиновый лист. Девушка сказала, как погибли ее родители и теперь ему был понятен ее страх перед байком.
- Прости, дурака, я должен был узнать почему, ты не хочешь ехать на нем, - говорил он, вновь обнимая ее, когда она просто не смогла озвучить причину, ему и не нужно было, он все понял, ей было страшно, и это было нормально, страх всегда был где-то рядом, чтобы заполучить свою дозу чьей-то души. Парень кивнул ей, на ее замечания, что никогда не была в его доме. Да уж это была довольно маленькая квартира, но в приличном районе. Оставляя байк на улице, он собирался позвонить из дома, что бы его забрали, сам он его на место доставить не мог. Они поднимались на лифте до нужного этажа, затем он пропустил ее вперед указывая на нужную дверь.
- Сестер дома нет, можешь не волноваться, никому ничего объяснять не придется, - отзывался Хаттон, однако даже если бы и были в их семье были почти все тактичны, кроме младшей Евы. В их доме было правило не говорить по-русски, если у них гости, было важно чтобы все окружающие понимали, о чем говорят вокруг. Отворяя дверь, он пошел записку сестры, естественно на русском, что болталась на столике у входа. «Джей, нас не будет пару дней, давай без вечеринок. Еда в холодильнике. Саша». Прочитав ее, он отложил ее в сторону сбрасывая мокрую куртку и кроссовки. Вокруг был вполне приличный порядок, что не могло не радовать. На некоторых стенах были его работы, а где-то семейные фото семьи Хаттонов. Сразу после коридора они попадали в маленькую гостиную соединенную с кухней. А так же уже отсюда вели четыре двери, три жилые комнаты и последняя это уборная. – Тебе надо снять все мокрое, - немного озадачено проговорил он, направился в комнату младшей из сестер, но ничего не нашел, у нее в комнате как всегда был творческий беспорядок. В комнате Александры, его ждал успех, он нашел чистую и теплую пижаму с мишками, которую ей подарили родственники из России, но которую она не носила, говоря, что мишки не ее. – Держи это моей сестры, вы примерно одинаковые, ванная вон там,- Хаттон указал на нужную дверь. – Там же можешь согреться под душем, полотенца все там, а я пока соображу нам поесть, ты видимо давно не ела, но только ответь мне на главный вопрос. Чай или кофе? - последняя фраза была произнесена очень с серьезным лицом, но она понимала, что он пытается шутить. Когда она скрылась за дверью, Джейк осмотрел квартиру, не зная за что взяться. Однако холод указал ему на нужное. Хаттон направляется в свою комнату, где избавляется от мокрых вещей, одевая спортивные штаны, и боксерку. Дома был тепло, они должны были быстро согреться. А пока он ее ждал, доставал оставленный Сашей ужин. Он должен был узнать у нее что случилось, но начать этот разговор будет не просто. Когда дверь из ванной открылась он просто отозвался, - Привет.
[NIC]Jeke Hatton[/NIC]
[STA]одела сурикат[/STA]
[AVA]http://s9.uploads.ru/AFKCc.png[/AVA]
[LZ1]Джейк Хаттон, 22y.o.
profession:студент;
relations: свободен[/LZ1]
[SGN]
[/SGN]
Мне всегда нравилось рассматривать квартиры и дома своих друзей. Места, где они проводили большую часть своей жизни. Было что – то в этом магнетически привлекательное. Да и даже такие мелочи, как цвет обоев на стенах или кровать, на которой человек спал, могли многое сказать. А мы с Джейком так давно не виделись, и мне было интересно все. Правда не всегда я решалась спросить в открытую. Не спросишь же в лоб – а не будет ли ревновать твоя девушка, что ты привел в дом другую? Я бы ревновала. Наверное. Но когда увидела семейные фотографии стенах, даже слегка расслабилась. Тут же вспомнила о своих родителях. Да, было немного грустно, горько от того, что их больше нет рядом. Но Джейк был прав. Они бы не хотели, чтобы их дочь погибла вот так вот бесславно. А потом, среди прочих, увидела одну фотографию, которая заставила позабыть даже о холоде, который еще несколько минут назад пробирал до костей. На ней были мы втроем. Последнее Рождество, которое я, Генри и Джейк провели вместе. Горнолыжная база, которая принадлежала родственникам моего бывшего возлюбленного. Много снега, борды и наши счастливые улыбки. Пускай фотография была не профессиональной, как многие другие здесь, сделана на телефон, но, сколько же в ней было света. Я даже улыбнулась.
- Ты сохранил ее? Я думала, что навсегда потеряла фото, когда разбила телефон.
Поставив фотографию на полку, делаю несколько шагов назад, осматривая помещение. Мило, уютно. У меня тоже так было, пока были живы родители. А теперь дом был таким большим. Пустым. И я надеялась, что сумею продать его и куплю квартиру, похожую на эту.
- А ты я смотрю, все также любишь фотографировать. Прекрасные работы. Уже стал известным фотографом? Девчонки узнают на улицах? А в фотошопе тебя к себе не пририсовывают?
По - дружески потрепала его мокрые волосы, ухмыляясь. Даже грустная Вероника Лодж оставалась собой. Не могла пропустить повода, чтобы слегка не подколоть человека. Но только чуть – чуть и совсем не обидно.
- Ой, да не скромничай. Уверена, что в инстаграме у тебя тысячи подписчиц. А может, сейчас из соседней комнаты выбежит малыш Джейк и с криками «папаня!» бросится обнимать.
Подхожу к окну, любуясь открывающимся видом. Дождь закончился, и небо казалось такого красивого темного – синего цвета. Моего любимого цвета. Мириады звезд, рассыпавшихся по небесному одеялу, так и светились призывно, точно говоря «протяни руку и коснись нас!». Где – то вдали горели неоновые рекламные вывески, переливаясь всеми цветами радуги. Красиво. А еще вчера я этого ничего не замечала, закрывшись в своем личном Аду, наполненном только болью и одиночеством. И настолько погрузилась в раздумья, что даже не сразу заметила, что Джейк, скрывшийся в одной из комнат, вернулся. Услышав его голос, вздрогнула. Хорошо, что в руках ничего не держала, а – то точно бы уронила.
- Эй, не подкрадывайся так. А то точно превращусь в седую старушку с дергающимся глазом. Или в обморок упаду. Придется тебе меня приводить в чувство.
Шутила, конечно. Да и настроение, не смотря на то, что по – прежнему было не совсем удобно в мокрой одежде, пошло вверх. Особенно сейчас, когда держала в руках пижаму с медвежатами. Когда – то Генри сказал, что Джейк имеет русские корни. А все американцы знают, что русские люди любят медведей. Даже гуляют с ними по улицам, почти как с собачками. Мишки даже на балалайках играют и носят ушанки. Хотя, быть может, не все из этого правда. Но эта пижама, заставила меня лишний раз улыбнуться.
- О, сейчас примерю и превращусь в русскую любительницу медведей. Рррр…или как там медведи пугают людей?
Слегка толкаю Джейка в плече своим миниатюрным кулачком, и смеюсь вместе с ним. Не смотря на то, что он очень строго смотрит на меня, ожидая, когда я выберу напиток для нашего банкета. Знаю точно, что он любит кофе. А вот мне нравится чай. Но ведь можно выбрать и что – то третье?
- Мммм….не знаю. Может быть, водку с селедкой?
Выговорить название этого странного напитка, которым Генри часто поддразнивал Джейка, было тяжело. Получилось, со страшным акцентом. Но ведь получилось же! И с видом победителя, удаляюсь в ванную. Наконец – то можно было сбросить мокрые вещи и согреться под горячими струями воды. И среди множества баночек, я даже отыскала гель для душа с любимым ванильным ароматом. Ух, какой сегодня прекрасный день! Вытеревшись и нарядившись в медвежью пижаму, смотрю на себя в зеркало. Глаза красноватые, как у вампира. Еще и бледная, как смерть. Но зато почти счастливая. Даже глаза больше не были наполнены печалью. Они светились от счастья. Особенно сейчас, в тот момент, когда выходя из ванной, я а едва не столкнулась с Джейком. Поскользнулась, как еще совсем недавно на крыше. Но парень оказался с хорошей реакцией, а иначе лежать бы им сейчас на полу. Вместе с чаем или кофе? Кто знает, что налил в кружку Джейк?
- Привет! Ты вновь спас меня от падения. Не хочешь стать моим личным телохранителем? Правда тогда тебе точно придется до конца дней носить меня руках. А иначе точно где-нибудь упаду и что-нибудь сломаю. Кстати, а что у нас сегодня на ужин? Пахнет вкусно.
Босыми ногами ступаю по холодному кафелю. Но я будто этого и не чувствую. Мне тепло, но не только от душа или пижамы. Здесь тепло. Рядом с Джейком. Сделав несколько шагов, присаживаюсь на край стола. Да, немного нагловато. Но меня уже было не остановить.
- Ну что, Джейк Хаттон, рассказывай, чем занимался эти два года? Кем работаешь? Или сошел с ума и пошел учиться на педагога или прочую непонятную профессию, как я?
Зачем этот поиск вечный?
Неизгнанный вирус в крови...
Ищу тебя в каждом встречном.
Хоть имя свое назови!
Дома было много фотографий, в конце концов это был его дом, а не простая квартира для тусовок. Он жил тут с сестрами, которые считали себя русскими, но что Джейк, что Ева, оба родились уже на территории США. Но в их доме была слышна русская речь постоянно, так родители напоминали им о корнях. И ему пришлось привыкнуть, пусть он и говорил с неким акцентом, ведь в чистом виде на нем говорили только родители и Саша. Джейк просто не замечал его, а вот отец посмеивался. Они уехали потому что хотели лучшей жизни для детей, чего не было там. Хаттон даже хотел съездить к родственникам, и это было все еще в плане. Одно из фото ее заинтересовало больше всего, и он понимал какое. На нем были они трое, такие счастливые.
- Я могу сделать тебе такое же, если захочешь, а могу скинуть, у меня много всего с той поездке осталось в облаке, - признался Джейк. Он и правда бережно хранил все фото, даже самое простое, это было частью воспоминаний. Которые имели свойство блекнуть. – Я все также фотографирую, это способ заработать, не много, но честно, а по поводу известным, ты сейчас серьезно? Куда мне, - усмехнулся парень, когда она потрепала его по волосам. Этакой привычный жест для нее, это не могло не радовать. На словах о социальных сетях и детях, он скептически смотрел на нее. Это она сейчас точно о нем? Джейк себя слабо видел хорошим парнем, он скорее раздолбай, и до отцовства ему было далеко, он был слишком осторожен. Сестра смеялась, но говорила, что гордится его предусмотрительностью.
Когда он отдавал ей вещи, ненароком напугал. Она засмотрелась на небо, как будто хотела увидеть там что-то. – Давай без этого, - говорил он, понимая что она шутит, он и так наломал сегодня дров с байком. – Ну начинается, - усмехнулся он, произнося фразу на русском. – Брат, ты слишком много трепался, -говорил Хаттон все еще на русском. Затем решил объяснить ей, но говорить, что это касалось Генри было бы жестоко. – Напомни мне научить тебя русскому хоть немного, и у нас не ходят медведи по улицам, это все сказки, - с улыбкой уже на английском объяснил он. Это было странно, не многие знали, что он действительно русский, многие считали это только слухами, ибо Джейк слишком хорошо владел языком, чего нет у приезжих в большинстве случаев. При разговоре о водке, он уже смеялся в голос, ее акцент был просто сказочный. – Водка, - произнес он, что бы она поняла, как правильно. – Ты же свалишься,- шутил парень, говоря это в след девушке. Хотя идея была не плохая, чтобы согреться, еще и с перцем, чтобы уж наверняка, и она не простыла.
В руках Джейка был стакан с водой, когда они столкнулись, но все еще благодаря своей координации, они стояли на ногах. Она была такой хрупкой и смешной в этой пижаме, которая и на ощупь была просто плюшевой. Вероника была бледна. Слишком все было неправильно сейчас, даже на секунду мелькнувшая мысль, насколько она была хороша. Натура Хаттона просто лезла наружу. Этого было не отнять.
- Я подумаю над этим. На ужин у нас сегодня борщ, это очень странное для вас блюда, но Саша готовит его очень хорошо, - говорил он, делая шаг от нее, когда они вернули равновесие. Саша, обычно в США его сестру звали Александра или Алекс, но вот Саша было для дома. –А так же мы будем лечиться водкой. Смотри эта смесь прогонит все болезни, что мы подцепили под дождем, типо простуды и вирусов. Все просто это водка и перец,- перед ней стояла рюмка в нее был насыпан перед. Размешав в своей рюмке перец, он резко выпил, едва поморщившись. Как это пили просто и литрами он не понимал, наверное, родиться для этого было надо там. – Пробуй, и как бы не жгло проглоти, а потом, ты попробуешь борщ со сметаной, если не понравиться готов заказать пиццу,- усмехнулся он, беря ее за талию и пересаживая на стул, ставя перед ней тарелку с красным супом. Дождавшись пока она попробует водку, он улыбнулся. Затем задумался, а что он мог ей ответить на ее вопрос. Он занимался не самым потребным делом. Угон транспорта, подпольные бои, в которых не было никаких правил кроме как победить. Это было не для женских ушей, сестру то передергивало от этого, что говорить о Веронике. – Я студент забыла? Подрабатываю фотографом, иногда халтурю где есть возможность заработать. Я же не настолько богат, чтобы просто ничего не делать, как большинство на нашем потоке, - почти правду говорил он, - Что это за непонятная профессия у тебя? – спросил он, затем все же решил поинтересоваться. –Пойдет, или лучше заказать пиццу?
[NIC]Jeke Hatton[/NIC]
[STA]одела сурикат[/STA]
[AVA]http://s9.uploads.ru/AFKCc.png[/AVA]
[LZ1]Джейк Хаттон, 22y.o.
profession:студент;
relations: свободен[/LZ1]
[SGN]
[/SGN]
До сегодняшнего дня я даже не знала, что такое водка. Просто слово запомнила. Еще оказалось и с ошибками. Какой - то сложный язык этот русский. Но чтобы пробовать…какое – то странное сочетание. Перец и прозрачная водица с запахом спирта. Недоверчиво покосилась на неизвестную мне жидкость. Даже красный суп не казался мне столь пугающим, как эта маленькая стопка. Борщ или как там его, хотя бы пах вкусно. А я была настолько голодной, что готова была попробовать даже более пугающие азиатские блюда, которые моя подруга Ванесса, могла съесть пачками. То сушёные кузнечики, то огромные тараканы, а то и вовсе суп из ласточкиных гнезд. Даже вспоминать страшно тот наш поход в один из ресторанов. Хотя и рестораном его можно было назвать с большой натяжкой. Я тогда кроме чая со сладостями, которые оказались на вкус очень даже неплохими, так ничего и не решилась заказать. Но ведь Джейк же выпил, значит и я смогу. Подношу к губам, стараясь даже лишний раз не дышать. Алкогольные напитки были явно не моими. Разве, что сладкий ликер или вино. А этот слишком уж пах спиртом. Черт! Но я решаюсь. Делаю всего глоток и…кошмар! Как это пьют вообще? Теперь я точно походила на огнедышащего дракона, готового подпалить всю квартиру, если вовремя не потушить пожар. Благо, что далеко бежать не пришлось. Вода холодная и такая приятная на вкус, ждала меня в холодильнике. За раз выпила целую бутылку. А там ведь был почти литр! И все равно этот ужасный привкус преследовал меня. Нужно срочно его заесть! И в ход идет борщ. Набрасываюсь на него, словно за последний год я не ела ничего и теперь готова была съесть даже многотонного быка. Минута, другая, третья. И от красного супа остается одно лишь воспоминание. Тарелка была пустой. И только сейчас я осознала, что погорячилась. Съела слишком много. И теперь ощущала себя колобком, способным передвигаться только перекатыванием из одной точки в другую.
- Нет, нет, нет. Никакой пиццы. А иначе точно лопну, как шарик. Кстати, этот…бо что – то там очень даже вкусный. А вот водка. Это ужас. Как вы ее пьете? Ты вообще даже бровью не повел, а мне показалось, что я сейчас сгорю изнутри. После этой водки я согласна даже на кофе.
Улыбаюсь, поглядывая из - под опущенных ресниц н на Джейка. Шучу, конечно. Я люблю кофе. Только не крепкий. Тот, в котором побольше сахара. Хотя пью его не так часто, стараясь ограничивать себя, чтобы по правде не превратиться в колобка. Тогда точно не смогу танцевать. Ведь каждое движение будет даваться с трудом. Да и ни в один наряд не влезу.
- Моя странная профессия называется хореограф. Учу детишек танцам. Да, собственно, и не только детишек. Правда, доход от этого не такой большой, как мне хотелось бы, но зато приятно, когда твои старания приносят плоды. Не так давно один мальчишка, которого я учила, выиграл в конкурсе талантов и его выбрали для обучения в Нью-йоркской школе искусств. Танцы приносят радость. Ну и не дают грустить. Чаще всего…
Правда, приятные воспоминания тут же сменились печальными и даже пугающими, стирая с губ едва появившуюся улыбку. Мало кто знал, что, кроме работы в хореографической студии, я зарабатывала на жизнь, танцуя в одном из ночных клубов. А через несколько дней после так радовавшего меня конкурса, один из перебравших посетителей, устроил в клубе кровавую баню. Он случайно убил своего друга, который так не вовремя появился рядом со мной. А потом убивал всех подряд. А все, потому что мужчина посчитал, что танцовщицы – это шлюхи, которые дают всем без разбора. А когда я его послала, то он посчитал себя оскорбленным, и случилось то, что случилось. Рваный шрам на предплечье никогда не даст забыть о том, что и так забыть не получится. Много дней и ночей подряд меня мучили кошмары. Я даже переехала обратно в родительский дом. А ведь так гордилась тем, что могу сама снимать себе квартиру. Но одной оставаться теперь было как – то страшно. Даже не смотря на то, что я отлично знала, что убийца погиб в ту же ночь. Сама видела его труп. Но от этого не становилось легче ни на грамм. И сейчас, вспомнив о том, что я так старалась забыть, я потянулась к той единственной ниточке, что согревала меня. К Джейку. Обвила руками его шею, обнимая, уткнувшись носом в шею. Даже дышать стало как – то легче.
- Эх, давай эту свою водку. Кажется, я ее не распробовала. Научишь меня ее пить и даже не краснеть. Вдруг я возьму, потом тебя и перепью. Или упаду замертво и придется вновь тебе меня спасать.
«Надеюсь, что тогда ночью меня вновь не будут мучить кошмары, даже если утром будет очень плохо»Отредактировано Veronica Lodge (2019-02-16 17:34:39)
Мне тоже сложно переживать то,
что ты здесь, и каждую встречу с тобой.
Но мы привыкнем к этому, и к тому,
что нас больше ничто не связывает.
Кто родился не в России. Водка в большинстве случаев казалась жесткой и в последствие не становилось любимым напитком. А тут еще и борщ. Да он успешно начала процесс россионизации, если такое слово вообще существовало. Она быстро нашла воду в холодильнике. В детстве он кстати перепутал бутылку с водой, с подобной, только в ней был спирт. На ее месте, он не стал бы так просто хватать бутылки в холодильнике Хаттонов. Он часто использовался в квартире в бытовых целях, и для его ран, оставленных после боев. Ни одна перекись не справиться лучше, чем чистый спирт. Благо пьющих у них не было в доме. Затем она быстро умяла горячий борщ, что вызвало у него смех. В Америке относились к борщу специфично, но она не была видимо из таких. – Ну ты смотри, я могу, будешь как колобок. Очень милый колобок, из русской народной сказки. И чем тебе не угодила водка? Даже на кофе? Как интересно, но кофе на ночь не лучшая идея,- говорил он, приканчивая свой ужин. И наполняя ее чашку чаем, себе же сделал все же кофе, на него это не действовало так как должно. Джейк вообще не мог жить без кофе. А вот чай это было кощунство, но сестры любили. Приходилось покупать бурду, с запахами разными, так еще и зеленый, белый, черный и красный. Это было слишком. – Это хорошо, что тебе нравиться подобное, я помню, как ты танцевала, очень красиво. Меня давно хотят утянуть в один клуб, но все не могу туда добраться с ребятами. Поговаривают там работают красотки. И хорошо, что ты не бросила то, что тебе так нравилось, это было очень важно. Жаль что фотография не приносит много денег, но я стараюсь крутиться,- признался он, - Приходится угонять тачки в свободное время,- говорил он серьезно, затем рассмеялся. Это была частично правдой, но об этом не знал никто, как и факт того, откуда у него периодически появляется кругленькая сумма на руках. И если бои скрывать было сложно, потому что иногда он приходил с синяками, то угон был неприметным действом.
Девушка обняла его, прижавшись так близко, личико своего спрятав у него в районе шеи. Джейк обнял ее, понимая, что ей нужен был кто-то все равно кто сейчас, чтобы оставаться на плаву реальности. Парень знал, что останется той спасительной соломинкой для нее, но лишь до тех пор, пока был нужен ей. Его нельзя было назвать положительным персонажем. Про таких как Джейк говорят горячая голова. Ее горячие дыхание касалось его шеи, когда она медленно выдыхала воздух, он щекотал его кожу. – Нет, милая. Тебе надо отдохнуть, и выспаться, выпить мы еще успеем, но не сейчас. И меня ты врятли перепьешь, у меня больше стаж приема беленькой, так что давай я уложу тебя, а завтра мы чем-нибудь займемся. – предложил он, погладив ее по голове. Парень знал, что она будет спать в комнате младшей сестры, там как раз было свежее белье, и его комната была рядом. – Ты будешь спать в комнате Евы, пошли, и если что моя комната через стенку, стучи, - предлагает он, провожая ее до комнаты. Водка должна была сделать свое дело, ее должно было разморить. – Не заставляй меня больше волноваться,- просил Хаттон, оставляя поцелуй на ее виске, прежде чем пожелать ей спокойной ночи. Как только она скрылась за дверью, Джейк убрал все лишнее, и направился в душ. Когда с ним было покончено он обратил внимания, что в квартире было тихо. Проходя по квартире, он остановился возле комнаты где была Вероника, все спокойно. Уже у себя, Джейк открывает окно, было душно. Дождь вновь барабанил по подоконнику, как напоминание о том, что было на крыше. Снимая майку, он остался в одних штанах, ложась на кровать прям на покрывало и закидывая руки за голову, уснуть было сложно. Не после сегодняшнего.
[NIC]Jeke Hatton[/NIC]
[STA]одела сурикат[/STA]
[AVA]http://s9.uploads.ru/AFKCc.png[/AVA]
[LZ1]Джейк Хаттон, 22y.o.
profession:студент;
relations: свободен[/LZ1]
[SGN]
[/SGN]
- Приходится угонять тачки в свободное время.
Серьезно? Поднимаю взгляд на Джейка, пытаясь понять, шутит он или нет. Вроде бы шутит. Даже пытается смеяться. Но что – то в его голосе, во взгляде из - под опущенных ресниц, говорило, что ему есть что скрывать. Другой бы выкинул из головы, а меня беспокоило. Да, пускай мы с Джейком не общались многие месяцы. Но меня тревожило то, что он мог пострадать. Он был частью меня, не смотря ни на что. Отец Генри был полицейским, и я видела множество ребят, которые попадали в тюрьму. Я не хотела, чтобы и с Джейком что – то случилось. Его ведь могут даже убить! Самые страшные картинки начинали мелькать перед глазами, но я стоически гнала их прочь. И, как Скарлетт О’Хара, решила, что подумаю об этом завтра. На сегодня итак хватало грусти и тревоги. И мне нравилась его улыбка. Не хотелось, чтобы она резко пропадала.
- Приходи со своими парнями на занятия ко мне. Красоток, кроме меня, вы там больше не увидите, зато будет весело. Куда круче, чем в любом из клубов.
Я, конечно, была очень строгим преподавателем. Зато мои ученики достигали неплохих успехов. И это было так приятно, словно твои собственные дети добились чего – то значительного в жизни. Хотя, в какой – то степени они все были моими детьми.
- Хотя, если захотите, то могу отвести в клуб, в котором когда – то работала. Скоро там будет вечеринка по случаю очередного дня рождения и наливают что – то повкуснее этой твоей водки. Не смотри так на меня. Я тоже зарабатывала, как могла.
Прячу за чашкой с чаем появившийся румянец. Никто из близких людей, кроме Джейка, не знал где я и кем работала. Даже родителям сказала, что работаю официанткой. Они бы не поняли и не приняли. Лгать я не любила, но иногда приходилось. Лицо резко погрустнело. Я вновь вспомнила о родителях. На мгновение, всего на секунду, сердце вновь сжалось от боли. И как же я была рада, когда Джейк так вовремя сменил тему.
- Джейки, ну почему завтра? Я хочу сегодня. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста.
Сейчас моему взгляду позавидовал бы даже кот в сапогах из известного мультфильма о зеленом человечке. Немного обиженно дую губки. Наигранно, конечно. Я ведь обижалась не на самом деле. Так, ради развлечения. Многие мои подруги даже расплакаться могли по желанию. Но у меня не получалось. Если уж я плакала, то только когда действительно было плохо.
- Вот же ты вредный, Джейки бой! Я найду способ тебе отомстить! Перепью тебя и будешь знать.
Треплю его слегка по волосам. Этот жест становится таким привычным, словно практиковался не один месяц. Целую его в щеку на прощание, желаю спокойной ночи. Но продолжаю сжимать его руку в своей. Не хочу, чтобы он уходил. Слишком страшно было вновь остаться одной. Но я пыталась бороться со своими страхами, смотреть им в глаза. Наверное, поэтому и отпустила руку парня. Дала ему уйти, хотя и всем сердцем желала, чтобы он остался. Нырнув под одеяло с головой, постаралась согреться. Но здесь было холодно. Так холодно и страшно, что я так и не смогла уснуть. А за окном разыгралась настоящая стихия. Гроза. С детства ее боялась. Сама не знала почему, но гром и молнии, а меня пугали. Пока была маленькой, всегда приходила спать в родительскую комнату. А когда подросла, то меня спасал медведь – защитник. Да, смешно. Но мне всегда легче засыпалось, когда кто – то был рядом. Пускай это даже была плюшевая игрушка. На часах было три утра. А я так и не сумела уснуть. Хотя глаза закрывались. Но все равно было непривычно. Вот я и решила совершить маленькую шалость. Так и закутавшись в одеяле, едва слышно касаясь босыми ступнями пола, точно вор, прокрадываюсь в комнату к Джейку. Осторожно ложусь рядом, опасаясь разбудить. Сейчас мой друг был таким спокойным, умиротворённым. Так похож на ангела. Невольно улыбаюсь, любуясь им со стороны. А потом обнимаю, касаясь своими холодными ладонями его разгоряченной кожи. И так тепло сразу становится. Так спокойно. Даже гроза за окном уже не так и пугает.
– Сладких снов, Джейк. – шепчу ему на ухо, когда мои глаза закрываются и Морфей забирает в свои объятия.
— По-моему, он того...
— Да, но он мой друг!
Прокручивая разговор с ней в голове, он усмехнулся. А ведь она говорила это серьезно. Нет представить себя и танцором, это было слишком, Джейк никогда не отличался достаточной пластичность, если хотите. Ему было достаточно, того факта, что он мог увернуться от летящего в лицо кулака. Как не крути, но ему нравилось то, чем он занимался и отказываться от этого парень не планировал. Дело было от части в деньгах, от части в удовлетворение которое он получал на ринге или сидение чужого авто. Пока они расходились спать, ему пришло смс, что байк забрали. Это было удобно, но чаще он предпочитал все делать сам.
- Так и вижу себя возле… станка? Или как он называется, - усмехался Джейк, но что она была красоткой тут и спорить не надо было. Все же она была девушкой друга, пусть его и не было с ними. – Водку не обижать, и интересно посмотреть на клуб, если составишь компанию только,- предлагал парень. Все это они могли обсудить потом, если об этом еще пойдет разговор, а пока она начала капризничать, прям как раньше, когда их было трое, вот только выпрашивала чаще она у Генри. Сейчас многое поменялось в их жизнях, и его друг врятли бы одобрил его занятия, и уж тем более близость в такому хорошему в его жизни, как Вероника. Друзей не выбирают? Тут как знать, но вот доставить ей неприятности не хотелось. У него на завтра была назначена сьемка, законная деятельность. Можно было ее привлечь, возможно ей было бы интересно, но спросить он решил только завтра. Ведь неизвестно как все сложится на утро, и в каком настроение проснется девушка.
- Вот как перепьешь, так и посмотрим. – будто бы ставя точку в этом разговоре, улыбается парень, когда она пытается вновь испортить его прическу. Но это было практически невозможно. Он стригся довольно коротко, и она вновь ложились на свое законное место. Ее губы касаются его щеки, а рука все так же сжимает его. Ей страшно, и он понимал это. Однако она всегда справлялась со всем и почему сейчас все было иначе, он не знал. А что если его бы не было на крыше? От одной этой мысли становилось не по себе. Он и не узнал бы, что она погибла, Генри единственное что их связывало раньше, общих знакомых у них больше не было, Джейк когда ступил на скользкую дорожку, просто исчез. Нельзя было общаться с теми, чьи тачки в последствие ты угоняешь, именно это сказал ему владелец мастерской, где перекрашивали машины и перебивали их номера.
Уснул он не скоро, но спал как убитый. Однако холодные ладони Вероники разбудили его. Она лежала рядом, уже закрыв глаза, и размеренно дышала, засыпая почти мгновенно. Холодные руки, почему они у нее такие холодные. Обнимая ее одной рукой, второй он натянул одеяло укрывая их, чтобы она согрелась. Так странно, но теперь ему было спокойнее, Джейк мог следить за тем, что с ней сейчас все в порядке. Взгляд на часы, было около четырех, нужно было засыпать. Но заснуть рядом с девушкой в пижаме с медведями быстро не получилось. Хаттон усмехнулся про себя, заставляя себя все же уснуть.
Солнечные лучи будет его первым. Джейк нехотя открывает глаза. Вероника все так же завернутая в одеяло прятала лицо в подушку, ее можно было понять, солнце с утра было настоящим злом. На часах было около девяти утра. Пора было вставать, и сделать это не разбудив девушку, что все еще дышала ровно, погруженная в сон. Медленно поднимаясь он захватил с собой вещи, что бы быстро принять душ и начать собираться съемка была назначена на час дня. Холодный душ, как должное с утра, чтобы проснуться. Натягивая джинсы, затем футболку, он едва касается своих волос полотенцем, они и так высохнут. Затем завтрак, решив остановиться на яичнице с беконом, он ставит чайник. Чай или кофе? Усмехается, это был сложный вопрос учитывая его гостью. Бекон уже подрумянивался на сковороде, когда в комнату послышался шорох. Проснулась. – Доброе утро, - говорит он входя в комнату, и опускаясь на край кровати. – Надеюсь ты не против бекона на завтрак, а пока просыпайся и обсудим планы на день. Если хочешь могу взять тебя с собой на съемки, там всего пару часов, но вдруг интересно, - говорит он, поднимаясь с кровати, позволяя ей проснуться окончательно.
[NIC]Jeke Hatton[/NIC]
[STA]одела сурикат[/STA]
[AVA]http://s9.uploads.ru/AFKCc.png[/AVA]
[LZ1]Джейк Хаттон, 22y.o.
profession:студент;
relations: свободен[/LZ1]
[SGN]
[/SGN]
Погружаясь в приятные объятия Морфея, я не думала, что просплю больше часа. Последние несколько недель меня мучили кошмары. Каждый раз казалось, будто в опустевшем без родителей доме, кто – то есть. То странные шорохи, то звуки. Иногда мне даже слышались голоса…их голоса. Я вскакивала посреди ночи и потом не могла уснуть. А если и удавалось, потому что организм тоже имел такую неприятную особенность, как усталость, то по утру никогда не чувствовала себя отдохнувшей. Не было сил, не было эмоций. Словно внутри огромный пожар сжег все, что только мог сжечь. Я чувствовала себя мертвой. Я умерла там, в машине с родителями. Тело живо, а вот душа…тогда на крыше мне казалось, что это конец. Но сейчас, когда я засыпала рядом с Джейком, то возрождалась, точно птица Феникс. На губах мелькала улыбка, чего не было со мной очень давно. Я даже не боялась того, что мой друг будет против, когда проснется и увидит меня рядом. Уж не знаю, как я бы отреагировала, проснувшись по утру, но раз Джейк не кричал и не пугался, то можно было расслабиться и позволить себе поспать подольше. Как же давно я не чувствовала себя настолько живой…настолько отдохнувшей. Даже вставать не хотелось. Приятно было, закутавшись в кокон одеяла, спрятаться с головой, чтобы солнце так ярко не светило в глаза. А потом я почувствовала такой приятный запах бекона и тут же из под одеяла показался один глаз. Вспомнилось детство, когда мама на завтрак готовила нашей большей семье яичницу с беконом. Еще были тосты с джемом и свежевыжатый сок. Еще вчера воспоминания бы вызвали слезы. Ведь так уже никогда не будет. Мы не соберемся за обеденным столок. Не будем весело по – семейному что – то обсуждать. Потому что нас уже нет. Есть только я. Но нет, я не грустила. Разве что совсем чуть – чуть. Наоборот, я улыбалась. Воспоминания о родителях больше не вызывали у меня слез. Лишь улыбку. Наверное, я начинала потихоньку приходить в себя и все благодаря Джейку. Джейку, который сейчас сидел на краю кровати, а я все пыталась притвориться, что сплю. Приоткрыла один глаз, чтобы проверить и тут же столкнулась взглядом с улыбкой друга. Такой теплой, такой красивой. Он преображался, когда улыбался. Очень жаль, что он так редко улыбался. И я хотела сохранить этот блеск в его глазах как можно дольше.
- Я очень люблю бекон, Джейк. Так что можешь накладывать мене его побольше. Думаю, что от одной порции я не стану настолько уж круглой.
Ухмыляясь, притягивая к себе подушку, которая тут же летит в друга. Сейчас я ощущала себя с ним также легко, как когда – то давно, когда мы все были друзьями. И сколько бы дней не прошло, он для меня будет все тем же Джейком, который заботился обо мне, даже больше, чем брат.
- Что значит вдруг интересно? Я пойду, даже если ты меня с собой не возьмешь! Ты уже, видимо, забыл, насколько я бываю вредной и упрямой.
Выбираюсь из одеяльного плена. Сейчас было не так тепло, как на кровати. Слегка поежилась. Но тут же пришла в себя, когда мне в голову пришла очередная шалость. И пока Джейк все еще сидел на кровати, наверное, даже еще не успев осознать что произошло, я уже была на кухне и уплетала за обе щеки бекон прямо из сковороды, оставляя другу разве что остатки яичницы ну и чай…который он, видимо, приготовил для меня, но я взяла и из вредности прихватизировала его кофе. И настроение от этой маленькой, по – детски глупой и беззаботной шалости, стало повышаться едва ли не каждую секунду.
- Итак, а что у нас сегодня за съемка? Влюбленные пары, семья или девушки в стиле ню?
Удобно устроила свою пятую точку на стол, нагленько так ухмыляясь, дразня Джейка немым вопросом – «будешь злиться на меня или не будешь?». И если не будешь, то я ведь могу и продолжить.
У меня нет фотографий.
Только воспоминания.
Что для вас дружба? Джейк не мог назвать себя хорошим другом. Он пропал, когда так нужна была его помощь. Каждый раз он выполнял план минимум, ведь он каждый раз боялся. Открой он то кем он был на самом деле, многие бы тут же сдали его. А представьте Веронику у ринга? Нет, никогда. Именно поэтому он дрался и исчезал. Джейк не имел друзей на том поприще, и избегал фанатов этого жестокого, но все же спорта, который позволял ему выпустить пар наружу. При его приступах ярости это было необходимо. Ему повезло, что последний бой прошел гладко, иначе зная девушку, она бы потребовало причину разукрашенной физиономии Хаттона. Только Саша, обрабатывая его раны на разбитых губах, или бровях, причитала о том, что он должен прекратить, но он не мог, это был способ оставаться собой.
- Одной? Да там его много. – Говорил он, когда в него полетела подушка и ему пришлось укорачиваться от нее. Что вышло удачно, реакция была что надо. Хаттон удивился что она вообще сейчас творила, - Эй, - возмущенно заявил он, когда она сломя голову рванула в кухню, по хожу еще заявляя что пошла с ним, даже если бы он этого и не захотел. А вот насчет вредности она была права. В этом ей просто не отказать. Она просто могла быть настолько занозой, что врагу не пожелаешь, однако это его не пугало, скорее веселило. Джейк поспешил за ней, когда она уже уминала бекон, такой хрустящий, что он сощурился, будто готовясь отнять лакомый кусочек. Рассмеявшись, он опустился на один из стульев, когда она потянулась к его кофе. Вот это было уже наглостью. Парень поднялся и выливая чай, наполнил чашку еще одной порцией кофе, затем развернулся к ней и показал язык. Как будто бы им было лет по десять. На ее счастье, он перехватил пару ломтиков бекона пока готовил, и побоища не случилось за вкусняшку.
Допивая свой кофе, он отставил чашку в сторону, поднимаясь проходит к ящику куда не прикасалась не одна из его сестер, в противном случае можно было остаться без рук. Там лежало его оборудование. Доставая камеру, он проверил ее настройку, и направил объектив на девушку, что сидела все еще на столе, в этой забавной пижаме, звук затвора и он кадр есть. Вероника была с чашкой в руках смотрела в его сторону. – Девушка заказала сьемку себя, на природе, и мы решили, что это будет парк, ибо ее муж не оценит если я вывезу ее в лес, - приглушенным голосом маньяка говорит он. Так же на вечер был назначен бой, но ее взять с собой он не мог. Забавно, но за день, Вероника столкнулась с двумя его увлечениями. Фотографией и даже прокатилась на угнанном байке. Однако с третьим он не мог позволить ей столкнуться. Был вариант отмены, но там сейчас были хорошие деньги, а они были нужны ему как никогда. Он присмотрел новую линзу, плюс стиральная машинка барахлила, сестра все пилила из-за нее. – Собирайся давай. И если что можешь взять что-то из вещей Евы, вы примерно одной комплекции, может тебе будет удобнее, чем в мокром платье, которое вчера мы забыли повешать сушиться,- с улыбкой говорил он, делая еще один снимок. Приближая фото на экране, он видел ее улыбку, и глаза уже не такие печальные, что радовало. Он как фотограф видел все через линзу, стремясь запечатлеть все, что ему так нравилось. Быстро справившись с посудой, Джейк стал складывать вещи, которые необходимы были ему на съёмке. А также набирая девушку, чтобы напомнить ей, что должен был сделать еще вчера. Благо она была готова и к назначенному времени будет там. Они же в Вероникой должны были проверить локацию, найти наиболее удачные места и достаточное количество света. И транспортом им станет не новый автомобиль Саши, ибо оборудование на байк сильно не загрузишь.
[NIC]Jeke Hatton[/NIC]
[STA]одела сурикат[/STA]
[AVA]http://s9.uploads.ru/AFKCc.png[/AVA]
[LZ1]Джейк Хаттон, 22y.o.
profession:студент;
relations: свободен[/LZ1]
[SGN]
[/SGN]
Обиженно дую губки, видя как Джейк обращается с чаем. Он же вкусный, чего он начинает! И пах фруктами, прямо как я любила. Аж сердце готово было разорваться от боли, когда этот ароматный напиток отправлялся в канализацию. Вот же вредный у меня друг! Еще и язык показывает. Наглец! Вот жаль, что здесь не было еще одной подушки. А то точно бы полетела в Джейка. А так оставалось только хмуриться и в наглую доедать остатки бекона, которыми можно было поделиться с парнем. Но он слишком плохо себя вел для того, чтобы получить вкусняшку. И не важно, что он сам ее и готовил. Ведь теперь вся еда Джейка Хаттона была в моих руках. И сейчас, сидя на столе, уплетая последнюю порцию бекона, никак не ожидала, что друг решит запечатлеть именно этот момент. Даже вздрогнула, когда услышала звук затвора. Пыталась отвернуться, спрятать лицо под капюшоном, выполненном с медвежьими ушками. Но Джейк был таким же настойчивым, как и я. Все продолжал и продолжал снимать. Вредина! Интересно, там хотя бы одна фотография получилась удачной? Вот попросил бы и я бы ему попозировала. Но тогда пришлось бы долго ждать, пока я подберу подходящий макияж, уложу волосы, вывалю из шкафа всю одежду, найдя самый лучший из возможных нарядов. Но там бы я получилась красивой…а здесь. Даже страшно было представить себя с взлохмаченными после сна волосами, бледную и не накрашенную. Хотя Джейк смотрел так, будто снимки ему нравились. Но будь моя воля, я бы точно все их удалила. Как тогда, когда хотела удалить наше фото в горах. Мне казалось, что там я слишком бледная и страшная. А теперь именно это фото вызывает улыбку. Может быть, оно и правильно, что Джейк не дал мне попользоваться своей камерой. А – то точно бы остался без всех снимков разом. Не знаю. Никогда не любила и не умела думать наперед.
- А муж сам не будет присутствовать на съемке? А – то вдруг ты начнешь приставать к его жене.
Слегка тыкнула друга коготком под бок, чтобы он расслабился и не смотрел на меня так, словно я…ну очень вредная. И плевать, что я и правда, такая. Я же шутила! А пока в меня не полетела камера, скрылась в комнате сестры Джейка. Видимо, она была такой же шмотницей, как и я. Одежды было столько, что стоило мне открыть шкаф, так я провозилась, наверное, больше часа, выбирая то, что придется по душе. И если бы друг не заглянул, всем своим видом говоря – сколько можно копаться, я бы так и продолжала примерять все и сразу. А так пришлось хватать то, что первое лежало сверху. Джинсы, толстовка и даже кепку прихватила, чтобы не тратить время на укладку. Этого бы Джейк точно не перенес. И мы могли бы опоздать. А так, у нас еще был целый час на то, чтобы доехать. Ну и, может, даже успеем что – то подготовить к съемке. За окном была прекрасная погода. Ни одного воспоминания о вчерашнем ливне. Разве что лужи кое – где встречались. А так светило солнышко. Даже ветер был на удивление теплым. А это не могло не вызвать улыбку. Будь парк недалеко от дома друга, я бы даже предложила прогуляться. А так присела на пассажирское сиденье машины и тут же пристегнулась. Раньше я была еще той гонщицей. Ездила всегда, превышая скорость, не думая ни на мгновения о ремнях безопасности. Но когда – то этот ремень спас мне жизнь. И теперь я даже Джейка заставила пристегнуться.
- Только не гони, пожалуйста…хорошо? Ну да, я стала немного паникершей. Зато не будешь слушать крики и бурчания в салоне. Можешь даже свою музыку включить, а я буду пытаться ей подпевать. Хотя ты же помнишь, какой у меня ужасный голос. Не знаю, что даже будет лучше.
С фото всегда было так. Они редко нравились тем, кто на них изображен. Однако Джейк любил ловить моменты, ведь они решили потом в дальнейшем оставишь ты снимок или нет. Хаттон всегда оставлял, выбирая только яркие моменты. Подготовленная фотография никогда не будет лучшей. Так было всегда, и в его работе. Он снимал и после слов мы закончили, и эти фото были самыми живыми, ненавидел когда говорили улыбайтесь, улыбка была не естественной. И сейчас она безуспешно пыталась избежать его, спрятавшись. Не очень удачно, камера успевала ловить все. – Прям приставать? Я так похож на маньяка и к тому же она в интересном положение. Муж в поездке, насколько я знаю, - признался он, эта тема была ему не интересна. Хаттон никогда не считал себя ловеласом, и тем более замужние дамы в положение были не по его части. Коготок девушки прошелся по ребрам. Не самое приятное поверьте, и сделала она это специально, мелкая зараза.
Собирая оборудование, он несколько раз посмотрел на часы. Сколько можно было собираться. Он в конце концов не выдержал, и заглянул в комнату. Она так долго рассматривала вещи, что постучав о косяк костяшкой пальцев, привлек ее внимание. – Я оставлю тебя дома, ты время видела, нам еще локацию смотреть,- почти прорычал парень. Она все так же была в пижаме. Издевательство. И что в итоге? На ней были джинсы, толстовка и кепка. Хаттон не чего не сказал, только закатил глаза. И ради этого столько сборов. Пристрелите его. На улице светило солнце, вчерашний дождь забыт, как и случай на крыше, говорить об этом они не будут слишком все свежо. Уже в машине, она заставила его пристегнуться. Его. Да он вообще не помнил, когда в последний раз пристегивался, хотя в машине сестра нужно было. Она не вызывала спокойствия, у мимо проезжающих точно.
- Я осторожный водитель, если ты помнишь, но хорошо, не буду. Я слишком люблю Драконов, чтобы отдавать тебе на их съедение, - с усмешкой говорил парень, трогаясь он включил радио, которое никогда не слушал. Да и в машине сестры не было нормальной системы, чтобы хоть что-нибудь слушать. Так что музыка шла фоном. Ехать было не долго, что очень устраивало и его и заказчика. Уже на месте, когда они выгрузились, Джейк вытащил фотоаппарат, проходя вперед и делая пробные снимки. Среди деревьев пробивался едва заметный свет, что красиво играл бы на лице модели. – Можешь встать вон там, и подними голову, - попросил ее Хаттон, девушка выполнила его просьбу, но конечно же без слов не обошлось. – Мне только посмотреть, - уверил он ее, делая несколько снимков, смотря как ложиться тень. Она немного щурилась, но глаза смотрелись ярче и светлее. Улыбнувшись он кивнул ей, что все в порядке. Именно тогда подъехала заказчица, она была готова. Подоспев к ней, они еще раз пробежались пожеланием девушки и ее мужа. Только после они приступили к сьемкам.
Нельзя сказать, что это было легко, она была не профессиональная модель улыбалась слишком не естественно. – Послушайте, подумайте о муже, семье, может будущем ребенке, - предложил он ей, поднимая камеру выше,- И главное не стесняйтесь, вы красотка,- она рассмеялась, и щелкнул затвор, вот они те фото, которые он так ждал. Глаза ее искрились, и теперь нужно было только ловить момент. Чем он и занялся, делая серию снимков, портретных с которых на него смотрела счастливая женщина. И только когда они закончили он выдохнул. – Все, спасибо,- уведомил он, подходя к ней и показывая несколько последних снимков. Они и правда были хороши, и судя по улыбки, заказчик был доволен. – Хочешь сделаю несколько фото?- интересуется Джейк у Вероники, когда они остались вдвоем.
[NIC]Jeke Hatton[/NIC]
[STA]одела сурикат[/STA]
[AVA]http://s9.uploads.ru/AFKCc.png[/AVA]
[LZ1]Джейк Хаттон, 22y.o.
profession:студент;
relations: свободен[/LZ1]
[SGN]
[/SGN]
Впервые с момента гибели родителей я сидела в машине. Это было слишком волнительно, слишком страшно. И как бы я не старалась, расслабиться не получалось. Хотя и надеялась, что Джейк не заметил моего волнения. Такое не проходит быстро. Но быть может несколько спокойных поездок, какой была эта, и будет не так страшно находиться в машине. Хотя очень сомневалась, что в ближайшее время смогу сесть за руль. Вдруг на дороге мне что – то не то покажется и случится авария. Нет, сейчас я не хотела об этом думать. Вообще ни о чем не хотела думать. Наслаждалась музыкой, которая, пускай и играла не так громко, как в моей машине, но зато можно было слышать голос друга. Не нужно было перекрикивать или делать тише. Болтали с Джейком обо всем и ни о чем, шутили. Будто и не было долгих лет разлуки. Было так легко и приятно. А я даже и не думала, что могла так соскучиться по его дружеским подколкам. Мы так быстро приехали, что я даже не успела испугаться и вновь вжаться в сидение, как в первое мгновение, когда оказалась в машине. А теперь мы остановились на парковке, и можно было облегченно выдохнуть. Все оказалось не так и страшно. Огляделась вокруг и улыбнулась. Уже почти наступила весна, не смотря на то, что зима по календарю еще была в своих правах. Но кое – где уже пробивалась первая листва. Светило солнце. Тепло. А еще вчера я этого не замечала. Было холодно. Так холодно, что даже под теплым одеялом, я будто находилась посреди ледяной пустыни и не могла найти выхода. Иногда, чтобы жизнь заиграла новыми красками, нужно всего одно мгновение. Один человек. И моим был Джейк. Он спас меня не только там на крыше. Спасал и сейчас, просто находясь рядом. И, когда друг попросил попозировать ему, чтобы проверить свет, я думала именно о нем. О нашей встрече на крыше, о том, как мы лежали под дождем, согревая друг друга теплом своего тела. Наверное, поэтому получившиеся снимки понравились даже мне. Хотя обычно я очень придирчиво оценивала свои фотографии. То глаз не так открыт, то лицо слишком круглое, то улыбка ужасная. Из сотни снимков дай бог мне парочка понравится. А здесь…да, мой друг был очень талантливым и умел ловить моменты. Хотя я так и не успела его поблагодарить, ведь подъехала заказчица и Джейк начал съемку. А я всеми силами старалась ему помочь. Хотя из меня был так себе ассистент. Но я старалась. Да и друг не жаловался. А значит, быть может, в моем случае все не так уж и потеряно. Наоборот, все получилось очень даже весело. Хотя Джейк был серьезен, впрочем, как и всегда. Наверное, я была такой же, когда обучала танцам. Но вот когда мы остались наедине, со мной рядом был уже совсем другой Джейк. Он улыбался, наверное, довольный результатом, как улыбалась и заказчица, когда удалялась к машине. И сейчас и я не могла не улыбнуться. Этот день был таким теплым и приятным, как и ветер, который гладил по щекам. Я даже прикрыла глаза от удовольствия. Но тут же пришла в себя, услышав голос друга. Сегодня он меня уже много раз фотографировал. И некоторые снимки получились просто восхитительными. Но ведь у меня – то не было ни одного снимка Джейка. Если не считать пары, которые у меня остались из совместных поездок с Генри.
- Давай не так. Ты побудешь моей моделью. А то не честно – у тебя есть мои снимки, а у меня твоих нет. Не беспокойся – я не сломаю твою аппаратуру. А ты потом оценишь мои таланты фотографа. По рукам?
Мир меняется. Мы меняемся.
Но только одно неизменно — доверие и дружба.
Он любил свою работу, любил камеру через призму, смотря на другого человека. Они находили общий язык всегда с любым клиентом, если задача была постелена правильно. Единственное что он не делал никогда, это мертвые снимки без души. С такой семьей, по-другому нельзя было. Семья. Это что-то личное, у каждого это личное свое. Его же семья действительно была необычной для нынешних мест, взять хотя бы соседей. Они уже привыкли, что Хаттоны могут ругаться, громко по-русски, переключаясь то с русского на английский, то наоборот, зависело это от уровня эмоций. А они у них периодически зашкаливали. Что можно было взять с действительно близких людей, от которых не скроешься. Обязанности были так же у каждого свои, однако иногда не хотелось быть свободным от всего. Он невольно тосковал по оставшейся в прошлом простой модели семьи, в которой каждый не должен быть одновременно всем и всеми – мужчиной и женщиной, человеком рациональным и сентиментальным, уступчивым и строгим, романтичным и приземленным – эта модель отлична от той, которая распространена в наше время и которая накладывает на нас, независимо от пола, столько обязанностей, что мы с ними не в состоянии справиться. Как бы не было, как бы ему не хотелось, чего, например, нести ответ как сейчас, он любил свою семью. Он был таким только благодаря им, он умел добиваться желаемого, не получая все это на блюдечке с голубой\золотой каемочкой, кому что больше хочется.
Они ругались громко, но быстро приходили к общему знаменателю, оставляя для себя, некоторые элементы без изменений, что бы сестра могла сказать. «Я же говорила», а Джейк в этот момент просто закатит глаза. Казалось бы, они уже не смогут жить без подобных вещей. Говорят, что семью не выбирают, это не правда. Всегда можно найти новую семью, можешь разорвать с ней контакты и не иметь ничего общего. Хаттона совершенно же устраивала его семья со всеми нотками безумия и взрывным запалом, было и много хорошего. Самым ценным было понимание и способность принять все заскоки и выходки, но, как и все, они проходили все стадии принятия, как сейчас Саша. Это было очень важно. Разговор о Еве вызвал только улыбку, эта девчонка совершенно ничего не боялась. Казалось ей захочется сунуть руку в пасть тигра она это сделает и даже не задумается насколько это опасно. – Она никогда не перестанет быть младшей в семье и это настоящее наказание,- с улыбкой говорил парень. Ева могла многое, и одна из ее черт, что даже воспоминания о ней вызывало улыбку на их лицах. Именно ее фото были первые. Она была живой, настоящей, именно она заставила его полюбить свое дело так сильно.
И сейчас, когда работа была закончена и вроде он предложил логичный исход, но Вероника решила все сделать по-своему, что было ожидаемо, просто он не ожидал подобной наглости. Неужели она думала, что он доверит ей свой аппарат? Доверит? Видимо да, но для лучшего исхода удалил флешку с отработанным материалом, вставляя запасную. – Ты же знаешь, что я не фотогеничен? – интересуется парень, переводя фотоаппарат в режим авто, так будет проще. – Жмешь слегка на кнопку, один снимок, задерживаешь, снимает серию снимков, - вручая ей окончательно аппаратуру он отошел совершенно не зная, что делать. Он привык быть за кадром, охотником, не жертвой. – Как мне встать? – интересуется Хаттон облокачиваясь на дерево, на губах появляется усмешка. – Пойдет?
[NIC]Jeke Hatton[/NIC]
[STA]одела сурикат[/STA]
[AVA]http://s9.uploads.ru/AFKCc.png[/AVA]
[LZ1]Джейк Хаттон, 22y.o.
profession:студент;
relations: свободен[/LZ1]
[SGN]
[/SGN]
- Почему это ты не фотогеничный? Не выдумывай. Ты красавчик, Джейк Хаттон!
Я видела, как нелегко было другу доверить свою камеру в чужие руки. Но я и правда старалась снять хотя бы что – то приличное. Но получилось не сразу. То кнопку нажму не так сильно, как нужно, то голову обрежу, то, наоборот, было слишком много головы и слишком мало тела. Черт! Фотограф из меня совсем никудышный. Я умею хорошо делать только селфи. Там сразу видно как получится. Еще сразу и кучу фильтров и смешных картинок можно поставить. А здесь…я уже почти отчаялась. Думаю, что Джейк понял по моему лицу, что до его мастерства мне далеко. Наверное, поэтому я и решила слегка подурачиться. И раз уж у меня не получаются серьезные снимки. То ведь веселые – то вполне могут. И мы с другом битый час корчили рожи на камеру. Точнее я корчила, а он, наверное, думал, что я чудная. Но ведь не возмущался же. Стоял. И я даже нашла пару очень красивых снимков. Таких позитивных, что, наверное, посмотри я их даже вчера там, на крыше, точно расплылась бы в улыбке. А потом мне захотелось освоить чудеса акробатики. И это закончилось лежанием на траве. Пускай от земли шел холод. Но я, будто этого и не замечала. Хотя, чувствую, Джейк не оценил того, что второй раз за сутки он оказался на лопатках. Зато мне было смешно. «Ну же, Джейк Хаттон, улыбнись!». Провожу кончиками пальцев по его губам, приподнимая слегка уголки. Вот, уже было совсем другое дело. Не знаю, злился ли на меня друг, а может уже тихонько ненавидит, зато я смеюсь в голос. Как же мне сейчас было хорошо. Даже не смотря на холод и вновь начавший накрапывать дождик, я не хотела уходить. Здесь. Сейчас. Я чувствовала себя такой живой, такой счастливой. И только лишь, когда ветер усилился, заставляя вновь продрогнуть до костей, пришлось подняться. Да и оборудование нужно было собрать. Не хотелось, чтобы оно испортилось, намокнув под дождем. Мы с Джейком успели вовремя. А – то точно бы вновь промокли, как вчера на крыше. А так мы сидели в машине. Работающая печка точно не дала бы нам замерзнуть. И только сейчас, когда друг поворачивал ключ в замке зажигания, и машина двинулась вниз по дороге, я осознала, что не хочу никуда ехать. Мне здесь хорошо. Все отдала бы за то, чтобы просто сидеть в машине посреди парка и болтать, болтать, болтать. Не думать ни о чем пугающем, не грустить. А смеяться в голос – громко, по – настоящему. Но я также понимала, что у Джейка есть и своя жизнь, свои планы. Он не обязан теперь до конца жизни меня опекать. Я ведь взрослая и сама мог справиться…не могу. Но должна. Должна вновь научиться жить самостоятельно. Мне же всегда нравилось самой принимать решения, распоряжаться жизнью. Так что же случилось? Наверное, я просто потеряла себя. Но благодаря Джейку сумела найти вновь. Я не хотела возвращаться домой. Но должна была. Должна, чтобы победить свой главный страх. Страх одиночества. Ведь я теперь не одна. У меня был Джейк. И как же я надеялась, что он не пропадет вновь, как тогда много лет назад. Друг остановился около моего дома. Я ведь сама его попросила. Но мне было страшно выходить. Как – то грустно. Боялась, что сейчас выйду и больше его не увижу. Это было глупо, по – детски, но я правда боялась его потерять. Боялась, что закрою глаза, и он исчезнет.
- Джейк, обещай, что не исчезнешь. Обещай мне завтра позвонить. Ты же позвонишь, правда?
Вы здесь » alessiahill » Сакраменто » If you want to stay