Сакраменто | 2022 | сутки |
Marko and Ana |
[NIC]Marko Todaro[/NIC]
[STA]твоя проблема[/STA]
[AVA]https://i.imgur.com/45A248b.png[/AVA]
[LZ1]МАРКО ТОДАРО, 35y.o.
profession: бизнесмен, торговля наркотиками и людьми;[/LZ1]
[SGN]
[/SGN]
alessiahill |
Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.
Вы здесь » alessiahill » Сакраменто » There is nothing that a person would not do out of fear.
Сакраменто | 2022 | сутки |
Marko and Ana |
[NIC]Marko Todaro[/NIC]
[STA]твоя проблема[/STA]
[AVA]https://i.imgur.com/45A248b.png[/AVA]
[LZ1]МАРКО ТОДАРО, 35y.o.
profession: бизнесмен, торговля наркотиками и людьми;[/LZ1]
[SGN]
[/SGN]
For one moment our lives
met our souls touched.
Марко накручивал волосы девушки, которая усиленно сосала член, позволяя ему получить разрядку, извергая семя ей в рот, лишь после отпуская и позволяя ей подняться, стирая слезы со своих глаз размазывая тушь. Это был прием, который сильно напрягал мужчину, он не любил подобное, потому что он мог себя занять чем-то более важным. - Тебе не надоело, - говорил Аксель, входя в комнату и на выходе сталкиваясь с девушкой, которая поправляла платья. - Тебя это не должно ебать, - усмехаясь, он поправил ширинку, застегивая ее. Аксель был не просто другом, он был его правой рукой, которая позволяла ему расслабиться хоть иногда, его спина была прикрыта. - У меня для тебя подарок,- начал Акс, когда Тодаро поправлял свой костюм, который очень смешно смотрелся скрывая его суть. - Мы на приеме, что тут может быть приятного, кроме как запах денег, - усмехался мужчина, но лишь получил дружеское постукивание по плечу. Они покинули комнату, и вечер уже не мог стать более приятным чем язычок этой суки, что сосала несколько минут назад, но как он ошибался.
Они были в зале некоторое время, когда Аксель наклонился к нему. -Считай это будущим подарком, - произносит он, показывая на девушку, которая возвращалась из уборной, хватая один из бокалов выпивает его залпом. Ухмылка, что больше походила на оскал, появилась на его губах. Ана. Эта девушка когда-то была в его распоряжение если хотите и он отпустил ее, о чем крупно пожалел. Однако не стал искать ее, хотя такая возможность у него была. Вернуть некогда любимую, но уже сломанную игрушку, которая не была такой и сломленной, что придавало ей только больше притяжения. Он знал, что не сможет проигнорировать ее, найти человека который его представит ее компании, не составило труда. Они подошли к ним, и он не сводил с нее своего взгляда, будто стараясь поймать ее глаза. Что в них? Страх. Это было прекрасно, именно то, что ему было нужно. - Вы бледны, мисс, позвольте вам проводить на воздух, - говорит он, жестко беря ее выше локтя, пользуясь растерянностью девушки, выводит на трассу, где она как будто очнулась, однако на выходе уже стоял Аксель, который стоял на стреме, закрывая двери. - Я скучал по тебе, Ана, - произносит Тодаро, осматривая ее с ног до головы, все еще помня насколько мягкими могут быть ее губы, и невинен взгляд, когда он касался ее тела.
Марко теперь точно знал, что не сможет отпустить ее, однако ей было это знать не обязательно, пусть думает, что все это было в прошлом. - Вижу ты не плохо устроилась, красивое платья, хотя я предпочитал бы видеть тебя без него, - говорил мужчина, останавливая взгляд на ее разрезе и линии спины, которая была обнажена. Она больше не была угловатой девочкой, из нее выросла сексуальная девушка. - Приемы. Твой избранник знает, насколько ты можешь быть не хорошей девочкой? - интересуется Марко, приближаясь к ней, оттесняя к перилам. Это будет очень увлекательной игрой.
The greatest mistake you can make in life is
to be continually fearing you will make one.
Марко получил новый товар. И осматривал его, проходя мимо ряда девушек, останавливаясь возле одной из них, сжимая ее челюсть, заставляя ее посмотреть на себя. - Проверили их? - интересуется парень, отпуская подбородок уже другой из них резко. - Нет, там есть еще, они еще не пришли в себя, - отчитался Акс, на что Тодаро только кивнул. - Девственницы есть? - следующий вопрос заставляет одну из девушек, покраснеть. - Одну вижу. Проверьте их и чистых поселите отдельно, с них можно получить больше, - констатировал он факт, когда в комнату вводят новых девушек, а одна буквально висела на руках охранника. Марко подошел ближе, сбрасывая волосы с ее лица. Симпатичная, но не слишком здоровый цвет лица выдавал, что она была все еще под препаратами.
Махнув рукой, девушек повели на осмотр и размещать.- Господа, помним, что это в первую очередь товар, поэтому никакие слезы и прочее не должно влиять на вас, увижу, вышибу мозги, - предупредил Тодаро, отпуская людей, направляясь к себе в комнату ожидая отчета. Ему нужно было знать количество девственниц, которые попались в их сети, с них можно было получить значительно больше чем с той, которая была просто красива. Мужчины особенно любили быть первыми, поэтому на этом Марко собрался заработать дополнительно устраивая аукционы, которые посещали избранные.
- Марко из пятнадцати девушек от тринадцати до шестнадцати лет всего семь девственниц, - уведомил его врач, на что он кивнул. - Все относительно здоровы, и уже размещены, охрана выставлена, - последовал отчет, на что он еще раз кивнул. Меньше половины, но не плохо все равно, их могло быть вообще не быть. Ему нужно было позже осмотреть каждую, чтобы понять сколько могла стоить та или иная девушка.
Он помнил первую партию девушек на экспорт, они были жалкими и такими же напуганными, они были собственностью, и не принадлежали больше себе, каждая имела своего хозяина. И если вы думаете, что в современном мире такого не может быть, то вы сильно ошибаетесь. Просто это скрывается так тщательно, как только можно. И вот сейчас именно эти девушки были на пути к своей золотой клетки или наручникам, все зависело только от фантазии и желания хозяина.
- Я хочу увидеть чистых, - говорил он на следующее утро, когда входил в комнату, которая была наполнена охраной, несколько человек вышли, чтобы через несколько минут вернуться с брыкающимися девушками. - Дамы, тише,- говорил он почти ласково проходя мимо них, замечая ту, что вчера висела на руках охранника. - Сейчас каждая сделает шаг вперед и начнет раздеваться, пока я не остановлю, - говорил он, показывая на одну рыженькую, которая начала тут же сопротивляться, однако охрана держала ее руки, второй подошел и резко сдергивая ее одежду разрывая ее, не давая ей опомнится. - А это будет с каждой кто ослушается, - добавил Марко, подойдя ближе и прошелся рукой по ее шее, затем совсем молодой груди. Хорошо, будет не плохо, отмечает он про себя, - Следующая,- продолжал Тодаро, охрана стояла с каменными лицами, да и девочка была умнее, дрожащими руками сама начала снимать свои вещи.
[NIC]Marko Todaro[/NIC]
[STA]твоя проблема[/STA]
[AVA]https://i.imgur.com/45A248b.png[/AVA]
[LZ1]МАРКО ТОДАРО, 35y.o.
profession: бизнесмен, торговля наркотиками и людьми;[/LZ1]
[SGN]
[/SGN]
День, который должен был стать самым счастливым днем в её жизни, с самого начала пошел наперекосяк. Помолвка. С миллиардером, о котором мечтает каждая жительница Сакраменто. Только вот достался Эдриан именно ей, причем даже особых усилий прикладывать не пришлось.
Счастлива ли Ана? Хочет ли она провести всю свою жизнь с будущим мужем? Устраивает ли он ее во всех вопросах, в том числе и интимных. Ответ на все – нет. Но она устала бояться, устала строить из себя железную леди, устала одна бороться за себя и свою жизнь. Ей нужно рядом сильное мужское плечо со связями. Секс не главное, в конце концов, она давно научилась справляться самостоятельно. Да и ничто не мешает завести любовника, а может быть даже не одного.
Весь вечер Рио была на иголках, пытаясь избавиться от нехорошего предчувствия, то и дело вливая в себя бокал шампанского за бокалом. Скорее бы Эдриан официально объявил обо всем, и со всей прошлой жизнью будет покончено раз и навсегда. Наконец она избавится от всех прошлых воспоминаний, в том числе и от себя прежней.
Счастье было недолгим. Еще не видя глазами, но чувствую кожей, Ароййо поняла, что здесь был ОН. Слова, которые были произнесены так, что их слышала лишь девушка, выбили почву из-под ног, которую так усиленно сооружала Ана все эти годы. В немом оцепенении она вышла с демоном из прошлого на улицу, тут же ощущая, как начинает дрожать ее тело. Не покажет. Не показывала раньше, и сейчас это чудовище, из ниоткуда возникшее вновь в ее жизни, не увидит страха в ее глазах. Смотреть на Марко девушка не решалась, делая вид, что изучает сад, и что присутствие этого мужчины рядом никак ее не волнует.
-Извини, дорогой, не могу сказать того же. Совсем не скучала и ни разу не вспоминала.
Ана прикрыла глаза, борясь с воспоминаниями, которые в ускоренной перемотке всплывали в ее сознании. Инстинктивно плотнее сжала ноги, словно ей действительно было холодно. Благо платье было длинным, и такой жест должен был остаться незамеченным. Рио по-прежнему не смотрела на Марко, прекрасно понимая, что он ее сразу же считает как открытую книгу. Не хотела показывать страх, не хотела показывать то, что давным давно похоронила в себе, начав новую жизнь.
Она чувствовала, как мужчина изучает ее всю. Кажется, она ощущала прикосновения взгляда к своему телу: к рукам, талии, бедрам, получая волны мурашек. Просто на улице прохладно, не более чем.
Как бы она ни хотела, долго избегать Тодаро она не могла, рано или поздно ей бы пришлось встретиться лицом к лицу со своим ночным кошмаром.
-Твое время давно прошло. Но так и быть, разрешаю тебе вспоминать, как я выглядела без платья. Теперь я вся буду принадлежать своему будущему мужу, в платье или без него.
Девушка резко обернулась и заставила себя поднять глаза на Марко. Что она в них видела? Тьму. Жажду. Уверенность.
Что мужчина видел в ее глазах? Свет. Жажду. Страх.
-Все в прошлом, Марко. Перед тобой новая Ана. Той девушки, которую ты из меня пытался слепить, ее больше нет. Твоей игрушки больше нет.
Арройо гордо вздернула подбородок, желая показать, что она больше не боится, что она не его собственность и не его игрушка. Больше нет. Не желая оставаться больше ни минуты наедине с Марко, брюнетка с гордым видом направилась в сторону двери, у которой стоял прихвостень Тодаро.
-Можешь прислать цветы мне на свадьбу. Приглашений тебе высылать не будем, не появляйся.
Она просто хотела отсюда уйти, наивно полагая, что разговор окончен, и Марко не будет ее останавливать. Наверняка у него есть с кем развлекаться и кому перекрывать кислород.Ана не понимала, что происходит и куда ее ведут. Буквально вчера она гуляла по любимой Калабрии, ела мороженое и разглядывала исторические скульптуры, а сейчас ей невыносимо жарко, она хочет пить и избавиться от собственной головы. Последняя так сильно болела, словно ее зажали в железные тиски и давили, давили, давили…
Вкруг были незнакомее люди и девочки. Много девочек. А где подруги? Она гуляла со своими подругами.
Один необдуманный рывок, и вот цепкая хватка ослабевает, девочке удается сбежать от человека, удерживающего ее. Куда она бежит, зачем, она не знает. Перед глазами все плывет, в боку колет, дыхания не хватает. В висках стучит отбойным молотком, но это все ни что по сравнению с тем животным страхом, который ее обуял. Силы покидали так быстро, что в это сложно было поверить. Что с ней сделали, почему каждый ее шаг отдается болью в теле и одышкой. Спустя две минуты ее догоняют и отвешивают хлесткую пощечину, возвращая в строй. Анна чувствует, как припухла губа, чувствует солоноватый вкус, означающий лишь то, что эта самая губа разбита. Но не плакать. Не плакать. Не плакать!
Девочек завели в помещение, где было несколько взрослых мужчин.
Дальше начали происходить совсем странные вещи. Темноволосый мужчина приятной наружности, но со зловещей тьмой в глазах, сказал что-то странное и стал осматривать девочек. В буквальном смысле этого слова. Смотрел лицо, смотрел тело, заставляя снимать одежду. Кто-то делал это добровольно, кто-то пытался сопротивляться, но итог был один. Девочка осмотрена, ощупана и отправлена обратно в строй.
Сердце забилось сильнее. Не взирая на боль в голове, на боль в губе и общее плохое самочувствие, Ане впервые в жизни стало страшно. По венам медленно и тягуче растекался страх, заставляя мышцы каменеть и не слушаться. Ее сейчас вызовут так же как и остальных, будут трогать, а она не сможет сделать и шагу. Ее накажут. В этом не было никаких сомнений.
Ждать своей очереди пришлось не долго.
-Следующая.
Незнакомый мужчина прожигал ее взглядом, а зловещая улыбка говорила о том, что у нее не более пяти секунд на то, чтобы выполнить команду. Не просьбу, а приказ, который она не имела право ослушаться. На ватных ногах Рио вышла вперед, нервно теребя подол платья и не решаясь поднять глаза. Послушание – совсем не в ее стиле, страх – не ее стихия, но сейчас она растерялась и попросту не знала что делать.
Дрожащими пальцами она подцепила бретель от платья и спустила с одного плеча. Точно такой же трюк она проделала и со второй лямкой. Платью фактически держаться было не на чем больше, и оно медленно и уверено поползло вниз по телу девушки. Чем ниже спускалось платье, тем сильнее дрожала девочка, и тем сильнее была злость и ненависть внутри. На себя, на него, на действительность. Одежда окончательно упала к ногам Анны. Она вот так запросто сделала шаг вперед из него. Страшнее уже не будет. Она стояла перед незнакомой толпой девочек, незнакомыми взрослыми мужчинами в одних трусах. Что они ей сделают? Ударят еще раз? Снимут оставшееся? Перестанут кормить? Выкинут на улицу? Убьют? А так ли страшна смерть, как собственный стыд и непринятие самой себя? Так ли страшно закончить свою жизнь в 14 лет, как вот так чувствовать мужской похотливый взгляд, ничего хорошего не предвещающий.
-Что-то еще? - Рио подняла свой взгляд, полный решимости. Если они ей скажут снять еще вещи, она снова попробует убежать. Будет драться, кусаться, царапаться, но так просто не сдастся. Она перегрызет сама себе вены, если потребуется, но сидеть как остальные мыши в этой конуре она не будет. Глаза в глаза, от чего по веннам наряду со страхом стало расползаться другое чувство. Чувство ненависти.
Помните, бегство — это не спасение.
Можно всю жизнь бегать от беды,
а можно набраться храбрости и защититься.
Для многих Марко был занозой в заднице, который мог получить многое, стоило ему действительно что-то захотеть и желание завладеть чем-то действительно важным он не жалел денег, средств и человеческих жизней, если того потребует ситуация. Вот только в последнее время его это мало интересовало, мужчине было скучно, рабыни вереницей сменялись у него в потели, но ни одна не цепляла. Не было в ней чего-то, но что он понять не мог. Друг ему говорил, что он просто пресытился, и многие бы поддержали его в этом мнение, но не Тодаро. Вот только мужчина не искал девушку, которая постоянно согревала бы его постель, зачем ограничивать себя, когда можно получить много больше.
Она так боялась его, что даже не сразу смогла посмотреть, но он видел мурашки, которые бегали по ее шее, когда ветерок откинул ее локоны с длинной шее. Такой страх, который он внушал ей ранее, забыть так просто было нельзя. Однако она дышала без него достаточно, даже могла подумать, что получила свободу, что теперь она сильная и независимая, но Марко четко понимал, что если он захочет, она вновь окажется в тех четырех стенах, в которых она провела так долго. Марко лепил из нее, что-то свое, но в один момент увидел, что она близка к тому, чтобы сломаться, и он позволил ей бежать. Почему он тогда не сломал ее до конца? Почему позволил бежать, наблюдая по камерам за этим? Он прекрасно помнил, как она озарялась боясь быть пойманной, а он лишь улыбался. Некоторое время за ней наблюдали, но затем Тодаро был ранен, и все силы были брошены в другое русло, что позволило ей исчезнуть с его радаров, вот только сейчас подарок от Акселя, был словно знаком. Она лгала, что не вспоминала, но он знал, что прошлое преследует всегда, а она достаточно много получила от него того, что напугало бы и взрослого мужика, не то, что маленькую девочку.
-Мое время никогда не пройдет, потому что я помню как ты могла стонать сначала от боли, потом удовольствия, вот мне интересно, знает ли про это твой будущий муж, умеет ли он управлять твои телом, заставлять твои трусики мокнуть? - говорил он смотря в лицо девушки, которая повернулась к нему лицом, как раз вовремя, потому что ее зрачки начали расширяться, выдавая ее с потрохами. - Конечно нет, - констатировал Марко факт, и был прав, о таком не говорят, а держат где-то внутри, потому что ему пришлось объяснять очень многое из прошлого, что потянется вереницей.
Она очень мило вздернула подбородок, - Обязательно, Ана, - говорит он, кивая Акселю, который с притворной галантностью, отходил и поклоняется ей, пока она пролетает мимо него. Тодаро рассмеялся, его друг прекрасно знал, как разозлить девушку, они уже виделись, но только кажется, она не узнала в нем того мальчишку, он был чуть старше девушки, он и узнал о побеге, доложив Тодаро и даже получил приказ не мешать.
Вечер шел своей чередой, пока не было озвучено о помолвки, Марко с улыбкой сдержанно поаплодировал, и когда подошло время, подошел к молодым, Ана, кажется плотнее прижалась к жениху, который как-будто мог защитить ее. - Адриан, ты не говорил, что у тебя такая красивая невеста, - по дружески заговорил он. - Марко, рад, что ты смог вырваться, знакомься, это Ана, она просто ангел, - говорил мужчина, что вызвало улыбку на губах Тодаро. - Любовь моя, это мой партнер Марко Тодаро, - представил их Адриан. - Очень приятно познакомиться, Ана, - приторно сладко произносит он ее имя. Неужели она думал, что все так просто, он зажал ее в угол, если она решит все рассказать своему благоверному о нем, она разрушит только свою жизнь, потому что ничего кроме слов у нее нет. И чем больше она сопротивлялась, тем больше интересовала его вновь. Пора вернуть птичку домой, в ее любимую клетку и свою постель.
То, что человек готовил другому,
и есть лучшее наказание для него.
Самое справедливое.
Каждая стоящая перед ним девочка должна была пройти через это, чтобы понять всю серьезность ситуации, но каждый раз Марко наблюдал строптивых, которые решали показать характер и становились теми показательными объектами, чтобы остальным не было повадно. И осматривая их, он уже видел кто это может быть. У одной уже была разбита губа, значит она пыталась бежать или сильно бесила охрану, за порчу товара, он наказывал, но иногда случалось такое, когда девочка делала что-то больше чем горько плакала. Большинство его людей уже давно не обращали на слезы, которые лили малышки, которых отняли от родителей. Самой младшей было всего двенадцать. Этот товар был самым ходовым, как и девочки до пятнадцати лет, среди них было все меньше девственниц, что постепенно уменьшало возраст будущих рабынь.
Марко смотрел как раздеваются девочки, но его взгляд гулял по лицам, пока не наткнулся на эту с разбитой губой. Ее ноги едва гнулись, когда она вышла вперед, всего на шаг, теребя платье которое она вот-вот должна была снять. Он подался вперед, пристально наблюдая за ней. Дрожащими руками она начала снимать сначала одну бретель, затем вторую. Платье легко соскользнуло по совсем юной груди, затем по точеной талии и совсем еще не округлившимся бедрам. Она вырастит очень красивой девушкой, и если будет более покладистой был уверен, не долго пробудет рабыней, скорее станет украшение спальни своего хозяина и его любовницей. Это будет самое лучшее, куда лучше, чем то, что ждет ее, если она будет сопротивляться, портить жизнь своему хозяину. То как она смело шагнула из платья, которое уже лежало у ее ног, сказало ему многое. Тодаро встал, подходя ближе, беря ее лицо за подбородок, большим пальцем проведя по разбитой губе. -Что-то еще? - повторил он ее вопрос, удерживая ее взгляд. - Больше благоразумия, - проговорил он, наклоняясь к ее уху, говоря тихо, чтобы слышала только она. - Иначе с тебя снимут трусы и поставят на колени, тебе придется стать той показательной девочкой, которая возьмет в свой хороший ротик член каждого мужика тут, и поверь мне каждый тут хочет чтобы это была ты, - он поворачивает ее голову резко в сторону охранника, который не сводит с нее голодных глаз, и было отчетливо видна степень его возбуждения. - Тебя трахнут в рот, задницу, помнут немного, ведь в конце концов ценность имеет только твоя девственность, - говорит мужчина, резко проникая в ее трусики, его палец легко находит лоно девушки, она узка.
Марко отпускает ее, смотря на то, как она оседает на пол, и упала бы если не Тодаро, который легко поймал ее. - Так то лучше, - произносит он, прежде чем передать ее врачу, который унес девочку в другую комнату, запирая ее прихватив платья той. Они продолжили осмотр, но он все еще возвращался мыслями к девочке, ужас которой поборол тогда ее решимость. Сломать ее было просто необходимо, он все еще ощущал, насколько она была приятно узкой. Однако не должна была стать особенной.
Этим вечером он сидел в темноте комнаты, не включая света, прикладываясь к бокалу, когда дверь в его комнату раскрылась, а в коридоре были слышны голоса. Кто-то пытался бежать и кто же был на пороге его комнаты. Та самая малышка, он усмехнулся, оставаясь в тени и наблюдая за ней. Она правда думала, что сможет сбежать? Она попала прям в комнату хищника и сейчас ей придется усвоить свой второй урок, если первый она не приняла.
[NIC]Marko Todaro[/NIC]
[STA]твоя проблема[/STA]
[AVA]https://i.imgur.com/45A248b.png[/AVA]
[LZ1]МАРКО ТОДАРО, 35y.o.
profession: бизнесмен, торговля наркотиками и людьми;[/LZ1]
[SGN]
[/SGN]
fuck you!
Ана не думала, что ее просто так отпустят. Только не Марко. Но он сделал это. Он дал ей вновь почувствовать мнимую свободу и уйти от него как тогда, 10 лет назад. Твердой походкой девушка уходила с балкона, не обращая внимания на все слова Тодаро, которые он произнес. Обнаженная кожа спины чувствовала, как взгляд буквально прожигает ее насквозь, оставляя очередное клеймо на ней. Его клеймо. Не оглядываясь, Ана вбежала в зал, пытаясь найти своего жениха. Меньшее, что ей сейчас хотелось, это оставаться одной. Даже в окружении толпы, в объятиях Адриана Рио не чувствовала себя в безопасности. Куда бы она ни пошла, она чувствовала присутствие своего личного кошмара.
Объявление о помолвке. Зал взорвался радостными аплодисментами, торжественными возгласами и бесконечными криками «горько». Стало не по себе окончательно. Целовать жениха, того, кого выбрала себе в спутники на всю оставшуюся жизнь, преследуемая тенью прошлого, зная на что эта самая тень способна, та еще русская рулетка. Поцелуй получился ровно до счета «три». Тот максимум, на который сейчас Ана была способна.
Брюнетка весь оставшийся вечер старалась держаться рядом с Адрианом, то и дело принимая поздравления и знакомясь с друзьями будущего супруга. Очередь дошла до Марко. Кто бы сомневался, что он окажется одним из деловых партнеров жениха.
-И мне очень нет приятно познакомиться с партнерами моего будущего мужа.
На лице улыбка, в то время как внутри все трепетало от страха и ужаса, которые до сих пор внушал этот мужчина. Легкое рукопожатие, в знак вежливости. По телу прошёлся электрический разряд.
Ана видела усмешку в глазах Марко. Ведь он знал, что девушка далеко не ангел, которым ее считает Адриан. Она вообще не та, за кого себя выдает, и рано или поздно, ее натура вылезет наружу, вместе с самыми сокровенными тайнами. Как и тогда в их самую первую встречу, Ана испытывала отвращение вперемешку с чем-то еще, с чем-то едва уловимым, что всегда возникало между ней и ее кошмаром на уровне ощущений. Это он, он сломал ее. Это он превратил ее жизнь в ад, загубив молодость, веру в мужчин и веру в себя. Это он заставил верить в свою исключительность и это чертово предназначение «подчиняться», «любить боль», «получать удовольствие, доставляя его хозяину». Все в прошлом. Она повзрослела, возродилась из пепла и больше никому не позволит помыкать собой. Марко. Марко Тодаро, ты больше не имеешь надо мной власти.
Девушке нужен был воздух, или хотя бы немного свободного пространства. Единственное место, которое могло обеспечить ей это, поэалуй, была жеская уборная.
-Прошу прощения, я отлучусь ненадолго. Хочу подправить макияж.
Не сводя взгляд с Марко, Ана чувственно поцеловала своего жениха, - Не скучай, любимый. Я быстро.
С отчаянно колотившимся сердцем, Арройо вылетела из зала в женский туалет, сразу же подбежав к зеркалу. Румянец на щеках, зрачки расширены, дыхание сбито. А это всего лишь одна случайная встреча, которая вообще не должна была вызывать никаких реакций. Уже нет.
Гори в аду!
Ана смотрела на себя в зеркало, борясь с собой и своими воспоминаниями из последних сил. Зловещий шепот на ушко, легкое касание руки. Даже через эти незначительные жесты, она ощущала силу мужчины, которой как и в детстве не могла сопротивляется. Не отрывая взгляд от собственного отражения в зеркале, Рио скользнула рукой под платье. Как удачно на нем располагался боковой разрез, словно девушка планировала его использовать по назначению. Трусики говорили о том, что ей срочно требовалась разрядка. Наверное тесный контакт с женихом, не иначе. Пальцы скользнули под тонкое кружево, утопая в собственной влаге и заставляя тело дрожать. Как бы ни убегала сейчас мыслями девушка к Адриану, от одной мысли о взгляде, которым провожал ее Тодаро в уборную, прикосновения ремня к ее бедрам или льда к рубцам, оставляемым после него десять лет назад, она готова была кончить.
Ненавижу. Как же я тебя ненавижу. –шептала одними губами, продолжая смотреть в зеркало и ласкать себя пальцами. Оргазм не заставил себя ждать. Ноги подкашивались. Чтобы не упасть, пришлось облокотиться на раковину и пытаться привести дыхание в норму, а мысли в порядок. Главное не думать о том, что только что произошло. Это просто стресс.fuck you!
Это очень страшно. Ты стоишь практически обнаженная, тебе 14, вокруг толпа незнакомых мужчин, в глазах которых ничего, кроме обещания беды. Пытаешься строить из себя храбрую, пытаешься бороться, но ты не знаешь, что каждую новую попытку будут пресекать и ломать тебя сова и снова. До тех пор, пока не сломаешься.
Ане не казалось, что она ведет себя как-то вызывающе или неподобающе. Она стояла, глядя на мужчину с презрением в ожидании приговора. Взгляд незнакомца не предвещал ничего хорошего, как и движение к ней. Медленно. Опасно. Он смотрел на нее, изучая каждый изгиб тела, словно хищник, выбирая то место, за которое он хочет укусить в первую очередь.
Наклонившись к ее уху, он принялся в красках рассказывать перспективы, которые ждут Рио, если она будет продолжать себя так вести. Чем дольше говорил демон, тем тише становился его голос, и тем сильнее сжимались все внутренности девочки. Она даже представлять не хотела то, о чем он говорит. Незнакомец схватил Арройо за подбородок и резко повернул голову в сторону, заставляя убедиться в правдивости его слов. Взгляд охраны был диким. Одна команда, и каждый в комнате будет готов ее выполнить, пока их не остановят. От падения, потому что ноги отказывались держать, спасло чудовище, проникая пальцев в ее трусики. Сомнений больше не оставалось. Обращаться хорошо, спрашивать мнение, думать о ее душе, принципах и просьбах никто не будет. Плакать, биться в истерике, бежать, умолять – ничего не поможет. Сердце стучало как сумасшедшее, ломая ребра изнутри и подскакивая до самого горла. Девочка оцепенела от страха и ужаса, не в силах ни позвать на помощь, ни попросить остановиться и убрать руку. Крепче свела ноги, словно это могло помочь. Она просто закрыла глаза и стиснула зубы, представляя, что ее мать привела на болючую прививку и это просто надо пережить. Кивок в знак согласия. Единственное, что ей оставалось. Как только мужчина убрал от нее свои руки, тело Ану предало и она начала оседать. Кто-не дал ей ударится о твердую поверхность пола, но кто именно, она уже не видела. Потеряла сознание. Единственное, о чем она мечтала даже будучи в отключке, только бы не возвращаться в реальность. Вместо этого, проснулась она в больничном крыле, а за окном уже были видны звезды. Как и следовало ожидать, дверь в палату была не заперта, но в коридорах наверняка дежурили патрульные. На окнах же красовались решетки. Хотя если сгруппироваться и пару дней не поесть, возможно можно будет пролезть.
Воспоминания сегодняшнего дня невольно накрыли Ану, заставляя чувствовать отвращение к самой себе. Хотелось отмыться от всего это. Содрать с себя всю кожу, чтобы не оставить ни одного места, которого касался мужчина. О чем она думала… Но здесь оставаться она больше не может. Выглянув за дверь и не обнаружив за ней никого, Арройо что есть сил бросилась бежать куда глаза глядят. Далеко сбежать не удалось.
-А ну стой, паршивка!
Душа ушла в пятки. Ана бросилась в обратную сторону, но и там путь ей преградили. Отступать некуда. Она в ловушке. Любая попытка проскочить, тут же заканчивалась контрпопытками ее схватить. Наконец, беглянку поймали, вновь залепив неплохую пощечину. Даже она не шла ни в какую сравнение с тем, что она пережила днем. Лучше бы ее просто убили.
-Пустите! Пустите меня, кому говорю! – она брыкалась и кусалась, вися на мужских руках, то и дело слушая кучу нецензурных выражений в свой адрес Ее куда-то несли. Дай бог чтобы на казнь. Речи о свободе уже даже ни шло. Она просто хотела умереть и была готова к этому.
Девочку поставили на пол, лишь когда она оказалась к комнате, с едва уловимым освещением от блеска луны через окно. Щелк. Судя по звуку, дверь за ней закрыли. Когда глаза немного привыкли к темноте, она смогла разглядеть силуэт мужчины, сидящего в кресле. Он молчал. Но кажется, она начинала узнавать кто перед ней. Интуитивно попятилась назад.
-Отпустите, - прошептала так тихо, что вряд ли ее услышали…
Предательство должно вызывать к себе ненависть,
и предатели должны быть наказаны.
Она слишком долго бегала от него. Убегала от себя настоящей. Но настоящая ли она была с ним? Марко слепил ее такой. Ту угловатую девочку, которая попала в его руки, откуда они оба могли знать какая она настоящая. Может не будь Марко в жизни Аны, она и правда стала бы сущим ангелом. Может ей повезло бы меньше, и она стала шлюхой в руках успешного бизнесмена, который оплачивал бы ее запросы. Вот только они никогда этого не узнают, потому что Тодаро сделал все, чтобы она стала зависимой от боли и удовольствия. Он показывал ей то, что девочки четырнадцати лет знать было рано, мужчина просто совратил ее. Так наверное было бы проще, если бы она сказала ему спасибо, что открыл не самую скучную жизнь. Вот только страх и ужас мешал ей в полной мере оценить этот дар.
Она правда думала, что сбежит, но она убегала и оборачивалось, что все еще выдавало в ней жертву, которой она была на подсознательном уровне. Она даже не смогла сосредоточиться на поцелуе, который закончился так же быстро, как и начался. Многие списали это на волнения, но Тодаро знал истинную причину, нравилось ей это или нет. Губы ее улыбались, в глазах закрался ужас. Ужас, что он расскажет ее благоверному, как можно заставить кончить эту маленькую сучку, что бы ее ножки расходились в стороны, прося еще. Однако Марко решил оставить это для себя, ведь совсем скоро ему предстояло изучить вновь это прекрасное тело, которое приняло куда более мягкие и женственные формы, чем те которые были у девочки. Многие сочли бы его извращенцем. Он мог взять любую старше, но она стала объектом его воспитания. Ее ненавидели и жалели, потому что мужчина слишком хорошо знал женское тело. Знал как заставить его предавать собственную хозяйку.
Она смотрела на него как будто не осознавая, того факт, что ее взгляд на нем слишком задержался. Марко готов был поклясться, что она вспоминает какого это когда он обладает не только ее телом, но и душой, ведь тело совсем ее не слушалось. Она демонстративно целует Адриана, за что получает новую улыбку, которая внешне показывает понимания, но глаза смеялись. - Тебе несомненно повезло, наверное в постели, она хороша, - говорит он, когда та едва отошла, запнулась. Она услышала. - Она красотка, - лишь слышит он в ответ, Аксель просит прощения и отвлекает их, что позволяет ему отойти от хозяина вечера. Друг показывает ему направления, и он следует за девушкой, а Акс стоит на стреме, говоря, что там некоторое технические проблемы, и всем придется прийти позже.
Он медленно открывает дверь, которую он не закрыла, видимо спешила скрыться. Она ласкала себя, в надежде получить разрядку, от напряжения, она не видела его приближения лишь судорожно работала пальцами, прикасаясь к клитору. Марко то точно знал, как быстро довести ее до оргазма, какой нежно была ее плоть. Ненавижу. Кажется это шептала, продолжая трахать себя пальцами. А ей ведь следовало просто попросить и он бы ее отмел так, чтобы ей пришлось бы потом поберечь свой зад, но она сейчас все сделала сама, когда удовлетворения пришло, она оперлась на столик, когда он стоял уже за ее спиной.
Ана понимает глаза, замечая мужчину, что смотрел на нее в отражении. Шаг и она была зажата между ним и столиком. В брюках стало тесно, но он сдержался, чтобы не наклонить ее прям тут. - Ненавидишь или нет, но.. - рука его скользнула в разрез ее платья, касаясь мокрых трусиков. - .. ты знаешь, что я могу доставить тебе удовольствия. Обманывай себя сколько угодно, но твое тело говорит яснее, твоего острого язычка, - говорил он ей на ушко, касаясь носом длинной шее, вдыхая аромат ее кожи. Рука скользила по внутренней стороне ее бедра, прежде чем скользнуть в ее лоно, она буквально текла от желания. - Оно знает лучше тебя, Ана, и оно хочет чтобы я трахнул его снова, - констатировал он факт, прежде покинуть ее тело и завернуть лицом к себе, мужчина смотрел в ее глаза, прежде чем коснуться щеки. - Я рад, что нашел тебя вновь, моя маленькая птичка, до скорой встречи, - говорит он, покидая ее оставляя ее в замешательстве.
Он понимал, что возможно она захочет скрыться. Поэтому когда вышел из уборной. - Аксель, если она исчезнет, я лично сниму тебе голову, - обещал он, не прощаясь с хозяином вечера покидает прием. Он тут сделал все, ему больше не нужно было оставаться, если не хотел испортить игру и не вернется в комнату, чтобы трахнуть ее и она позвонит ему это, даже не пикнув, потому что мозг ее все еще помнил, чем грозило неповиновения. Пусть наслаждается тем, что у нее есть, ведь он может в любой момент вернуть в аукцион, где ее купят ... снова.
Порой человек получает именно то, чего желал всем сердцем....
и это становится его идеальным наказанием.
Марко редко когда занимался какими-то проектами лично, но некоторые девочки требовали немного более тесного контакта, чем другие. Большинство в такой ситуации сочувствовали «избраннице» больше половины не проходили этот путь, они погибали, ломались, резали вены и прочие прелести, но кто выживал, становились самыми лучшими рабынями, искусными любовницами, которые не редко любили своего хозяина и были благодарны ему. Тодаро не собирался брать новые проекты, но кажется он сам плыл в его руки.
Никто не мог винить девочку в том, что она захотела свободы, она должна была понять другое, что желать не значит получить. Ана, именно так звали девочку, которая сейчас трясясь стояла перед ним. Он помнил с каким ужасом, она смотрела на охранника, который буквально сжирал ее глазами, желая присунуть молоденькой девочке. Вот только ее девственность слишком ценилась, чтобы отдать ее просто так, можно было выбрать кого-то из тех кто постарше и уже пробовал секс. Воспитательный опыт врятли будет менее зрелищным.
-Подойди ко мне, - резко приказал он, игнорируя ее просьбу, которая утонула в ее собственном шепоте. Делая новый глоток из стакана, он со стуком ставит его по подлокотник, видя борьбу, которая идет у нее внутри. Кажется он отбирал у нее надежду каждый раз, но в глазах ее еще был свет. Кажется Марко нашел свой проект, вот только дело усложнялось тем фактом, что она была девственницей. Тодаро не мог раскидываться таким товаром, ему придется сильно держать себя в руках, чтобы не переступив черту, не лишить этот нежный и колючий цветок самого ценного что есть в ней.
Шаг к нему и она вновь замирает, вынуждая его подняться. - Только попробуй птичка, - предостерег он, когда она отклонилась в сторону видимо по инерции решая бежать, вот только здесь ей было не скрыться. Когда он подходит ближе, она все же пытается прошмыгнуть, но одним мощным толчком оказывается лицом в постели. Она не ожидала подобного. Марко резко хватая ее за ногу притягивает к краю кровати пристегивая за тонкую лодыжку наручниками к кровати. - Послушай меня, Ана, ты делаешь только хуже, - предупредил мужчина, но она рванула с кровати и упала на пол, потому что наручники не позволили ей далеко уйти от него. - Первый урок ты не усвоила, так усвой второй, - рявкнул он, теперь и запястья ее были пристегнуты к изголовью. - Ты никуда не уйдешь, - уведомил Тодаро, жестко хватая ее за подбородок. - Пока ты ведешь себя подобным образом, будешь как собака на привязи, - поставил ее перед фактом, мужчина зажигает свет, - тебе придется привыкнуть ко мне, и так как я не люблю грязи, ты снимешь это платья, - На этих словах, он начинает разрывать его по лифу все ниже, пока оно не исчезло из под девушки, так же он поступил с ее трусиками, оставляя ее совершенно обнаженной.
Тодаро понимал ее ужас, но ничего не мог сделать, она сама накликала на себя беду. Марко начал раздеваться, когда в комнату постучали. Снимая рубашку, он открывает дверь, на пороге стояла одна из девочек. - Я могу войти? - интересуется она, заглядывая видит девушку, что была прикована к постели. - Нет, сейчас она будет жить со мной, ты можешь идти, - теряя интерес, он продолжил раздеваться, упуская что-то важное во взгляде той, которая когда-то так же стала его проектом. Не смотря на свои шестнадцать, она была превосходной шлюхой.
Запирая дверь, он опускается на постель рядом с девушкой, накидывая на нее одеяло. - А теперь спи, - бросает он, прекрасно понимая, что скорее всего ему придется засыпать сегодня под поток слез, которые так или иначе появится в глазах той, которой не повезло больше всего. Не смотря на царскую кровать, она была вынуждена засыпать со зверем. Марко понимал, что это будет тяжело обоим, но ничего не могло уже отговорить его от этой мысли, девочка слишком далеко зашла, чтобы просто так позволить ей существовать с другими девочками. Если ты урод, будь готов к тому, что мир вокруг тебя будет в десятки тысяч раз уродливее, чем ты. И если Марко был готов к этому, то девушка еще была слишком глупа в силу возраста. Ей придется привыкнуть к тому, что ее ждет новая жизнь, которая совершенно отличается от той к которой она привыкла. И времени у нее не так много было.
[NIC]Marko Todaro[/NIC]
[STA]твоя проблема[/STA]
[AVA]https://i.imgur.com/45A248b.png[/AVA]
[LZ1]МАРКО ТОДАРО, 35y.o.
profession: бизнесмен, торговля наркотиками и людьми;[/LZ1]
[SGN]
[/SGN]
fuck you! (2)
Сумасшествие. Ана натурально сходила с ума. Все эти годы она собирала себя по крупицам, пытаясь вернуться к нормальной жизни, ходя к психологам, пытаясь избавиться от страха людей, страха мужчин, боязни замкнутых и темных пространств, самолетов. Ей казалось, она сумела справиться, стереть свое прошлое из памяти, но сегодня оно вновь вернулось в ее жизнь. Именно его она сейчас наблюдала в отражении зеркала. Нет, ну пожалуйста, ну за что. В одно мгновение Марко оказался за ее спиной, прижимая к раковине и не давая возможности сбежать. Он был возбужден, о чем довольно красноречиво говорил упирающийся в поясницу член. Она вновь чувствует себя жертвой, которая не в силах ослушаться. Мужская рука скользит к ней в трусики, а она не может произнести ни слова, наблюдая за Тодаро через зеркало, словно это сделает происходящее менее реальным. Ноги вновь готовы подкоситься, едва ли спасает раковина, за которую она вцепилась как за спасательный круг. Мужчина уткнулся ей в шею, касаясь носом и обжигая кожу дыханием, а пальцы проникли в ее трусики в подтверждение всех своих слов.
-Мое тело тебе больше не принадлежит, Марко. Теперь я его хозяйка, не ты – Рио пыталась говорить максимально твердо, не смотря на то, что все ее нутро протестовало и желало совершенно обратного. В отличии от хозяйки, оно помнила, как Марко к ней прикасался. Как никто больше. Мужчина вынул руку и резко развернул девушку к себе, заставляя встретиться ее со своим страхом лицом к лицу. В его глазах все также расстилалась тьма, еще чернее чем прежде. Только Ана знала, как эта тьма может обволакивать, давая покой и наслаждение, и какой беспощадной она может быть.
-У меня своя жизнь. Без тебя. Я давно вышла из того возраста, в котором я тебе была интересна. Думаю, твои слова излишни сейчас. Он ушел. Он просто ушел, оставив ее один на один сражаться со своими бесами и с самой собой.
…
Прошло несколько недель с торжественного вечера, посвященного помолвке. Марко не объявлялся. Несмотря на то, что с того самого дня Арройо мучили кошмары, она вовсю занималась подготовкой к свадьбе и старалась не думать о той встрече. Она искренне надеялась, что Тодаро просто поиграл с ней в его любимую психологическую игру, и больше она ему не нужна. На всякий случай, девушка перестала ходить по городу в одиночестве, беря с собой хотя бы одну из подруг. Сегодня примерка свадебного платья. Шилось оно на заказ, и сегодня был генеральный подгон. Брюнетка вертелась перед зеркалом, любуясь собственным отражением в нем.
-Ана, ты красотка! Адриан упадет у Алтаря, пока ты будешь к нему идти.
Подруги смеялись, пили шампанское и ели клубнику, периодически давая смачивать горло и самой брюнетке. Она пыталась расслабиться, пыталась радоваться предстоящей свадьбе, которая должна была состояться уже через несколько дней, но у нее не получалось. После встречи с Марко, она перестала окончательно получать удовольствие в постели, бесконечно отправляясь после симуляции в душ. Даже она со своими оргазмами справлялась лучше. Сукин сын.
Вся остальная примерка прошла как в тумане. Закончив с платьем, фатой, перчатками и туфлями, Ана оставила подруг в бутике на подгонку собственных платьев, а сама отправилась в магазин через пару домов. Нужно было забрать комплект нижнего белья для первой брачной ночи. Его тоже шили на заказ. Всю дорогу туда она не могла отделаться от ощущения, что за ней следят. С ним она жила вот уже последние несколько недель. Параноик. Выйдя из бутика с красивой упаковкой, в которой находился «свадебный подарок» для будущего мужа, Ана замерла, обнаружив у входа тонированный автомобиль.
-Нет. Нет. Нет. Только не это.
Она не видела лиц, не видела номеров, но всем нутром чувствовала там ЕГО. Бросилась быстрым шагом вниз дальше по улице, стараясь не оборачиваться.fuck you! (2)
Девочка замерла, слыша лишь дыхание мужчины и стук собственного сердца. Он просит подойти. Нет, приказывает. Все ее существо противиться этому, но она помнит о наказаниях. Замешательство. Страх. Испуг. Делает неуверенный шаг. Останавливается в надежде, что этого достаточно. Приказ повторяется. Делает еще один шаг по направлению к демону и вновь замирает, поглядывая в сторону и интуитивно ища пути к отступлению или побегу. Ни окон, ни вентиляционных труб в шаговой доступности. Еще несколько шагов. Когда ей начинается казаться, что мужчина уже не сильно за ней и наблюдает, делает попытку к бегству, которая тут же проваливается. Девочку грубо ловят и с силой кидают на кровать лицом. Она настолько испугалась, что не сразу поняла, что произошло. Она слышит его угрозы, от чего загнанный зверь внутри нее лишь сильнее начинает метаться как раненое животное. Она не слышит. Она не понимает всю серьезность происходящего. Она хочет спрятаться и убежать, скрыться от этих страшных глаз, потому что ей не нравится, как он на нее смотрит.
Еще одна попытка, но Ана падает на пол, больно ударяясь локтем и коленом. Ее привязали как настоящее животное.
-Прошу вас, отпустите. Я ничего никому плохого не сделала. Она молила о пощаде в то время, как ее запястья привязывали к кровати. Ей было по-настоящему страшно. Она понятия не имела, что у мужчины в голове, понимала лишь то, что он ее пугает и он способен на все. Он с силой хватает ее за подбородок, заставляя посмотреть в его глаза. Ярость? Ненависть? Желание? Если бы только она знала, что именно испытывает это чудовище, и что в его голове.
-Я все поняла. Отпустите. Я не хочу тут оставаться. Пока Ана пыталась пробиться к разуму, жалости и чему-то святому, что должно быть в любом человека, демон избавлял ее от одежды. Вот уже второй раз Рио был полностью обнажена перед взрослым незнакомым мужчиной. Не нужно быть семь пядей во лбу, чтобы понимать, что будет происходить дальше. Мужчина начал раздеваться следом. Нет. Нет. Только не это. Не надо. Она не озвучивала это вслух, но по ее глазам, полным отчаяния, легко было это прочесть. Стук в дверь, ее ночной кошмар отошел в сторону. Ана не видела того, кто пришел, но для нее это была очередная возможность для очередной попытки к бегству. Дернулась, но цепи не поддались. Слишком мало времени, слишком тряслись от страха руки. Мужчина вернулся, накрыв ее одеялом и лег рядом.
-Я же вам не нужна. Отпустите… Очередная попытка разжалобить, но вместо этого мужчина лишь выключил свет и отвернулся.
Потекли мучительные минуты мучительной ночи, а вместе с ними и слезы. Одежда порвана, она в постели с чудовищем. Он хоть и не притронулся к ней сегодня, но она чувствует, что рано или поздно он сделает это. Ана попыталась пошевелить руками, раздался лязг цепей. К ее худым рукам наручники прилегали не плотно, но сколько ни пыталась из них вытащить руку, ей это никак не удавалось. С ногой дела обстоят так же. Ее действительно держат здесь собаку. Мужчина спал. Он слышала, как он стал размеренно дышать. Девочка же была готова отгрызть себе руку и ногу, только бы сбежать отсюда. Она схватилась за одну цепь и с силой потянула ее насколько могла, пытаясь высвободить вторую. Слишком узко, слишком больно. Она пыталась это сделать снова и снова, доставляя сама себе все новую порцию боли. Руки горели, кожа содрана. Она не видела, но ей казалось, что ее запястьям пришел конец. Синяки, растяжения, ссадины. Безуспешно. Уснула лишь под утро, с застывшими слезами на глазах.
Какой невозможной кажется поза слова «обладать»,
если отнести ее к любяшим?
Марко мог отпустить ее. Позволить вновь скрыться от него, гонимая своими чувствами и страхами, эта малышка могла совершить множество ошибок, которые были только на руку Тодаро. Однако это действительно то, что ему было необходимо? Он увидел ее по новому, обновленная Ана была прекрасна. Она все еще была сильной, только теперь эта сила имела под собой основания и закаленный стержень, который сломать будет весьма не просто. Она все еще пыталась доказать ему, что была самостоятельной, что она была хозяйка своего тела, но каждый понимал, что это было не так. Она все еще помнила и хотела его касаний. - Возраст тут не причем и ты это знаешь, - говорил он с улыбкой, прекрасно понимая, что будь это так, он давно бы забыл ее, просто прошел мимо кошмаром прошлого обдавая девушку, однако с ней хотелось все по другому.
Мужчина занимался своими делами, постоянно получая отчеты о деятельности этой маленькой птички, которая совсем перестала выходить хоть куда-то одна, будто действительно думала, что это может его остановить, глупая девочка. Все еще такая же наивная, ей следовало нанять охрану, но только вот и она не сможет никогда остановить его перед желанной целью. Марко был слишком упертым. Ему не составило труда узнать распорядок девушки и подкупив сотрудников одного магазина, чтобы ее вытащить ее раньше времени из салона, где она мерила платья, которое никогда не наденет. Для Тодаро не было понятия чужая жена, она была его, потому что такого было его желания и хотения.
В нужное время она оказалась в салоне, Аксель уже страховал его, но и это не понадобилось, стоило ей увидеть его машину, Ана сама побежала от нее, прямо в его руки, куда попала стоило ей обернуться чтобы посмотреть на Акселя, который спускался к ним. - Да, Птичка, да, - говорил он, когда ее шеи коснулся шприц с успокоительным, который заставил ее осесть почти мгновенно. Подхваченная мужчиной, что шептал ей на ушко одну фразу. - Ты дома.
Погружая ее в машину, он оставил проверить все камеры на домах, никто не должен был увидеть куда и с кем уехала мисс Арройя. Они лежала на сидении в лимузине, а рядом небольшой подарок, который должен был стать подарком для другого, но вот только теперь там лежал совершенно другой комплект, который станет подарком самой девушке. Хочет она того или нет.
Уже в доме, он понял, что она просыпается, значит пора было показать ей новое место жительство, ведь назад она уже вернутся не сможет. Кладя ее на широкую кровать, он отступает, едва касаясь ее щеке, в надежде что она не устроит истерики, ведь теперь ей некуда было бежать, в комнате ничего не было того, чтобы помочь ей, а ее телефон трезвонил в его руках. Адриан потерял свою драгоценную невесту, теперь она вновь принадлежала тому с кем ей действительно суждено быть, хочет она этого или нет.
Марко оставляет ее в комнате, сам же покидает ее, запирая, снаружи остается охрана, она уже уведомлена обо всем, а значит проблем не будет. Ей придется принять действительность, и в это раз возможности сбежать у нее не получится.
Но разве есть что-то более изящное в желании «обладать» принципами?
Мыслями? Самим собой?
Тодаро редко оставлял девочек у себя в комнате, лишь редкие экзепляры, который так или иначе цепляли его, будто ища более сложную судьбу, ведь быть проданной в современном мире, это не совсем то, что в былые времена. Воля таких девочек была сломлена, не оставляя почти никакого шанса на счастья. Умные смиряются и уже через хозяина ищут свободу, многим это удается, только эта свобода стоит иногда очень дорого.
Она просила о помощи, но он ее уже не слушал, ему хотелось ей напомнить, что он просил ее о благоразумие ранее, и теперь было немного не время, когда железо касалась ее тонких лодыжек и запястий. Он мог получит сейчас любую, лишая ее того единственно ценного, что может стоить не одну тысячу, и было бы глупо расточительно относиться к этом. Марко хоть и был суровым, но глупым никогда, и лишаться выгоды только по тому, что ей захотелось вновь ощутить свободу, лишаться выгоды, чтобы наказать характерную девицу. Весьма глупо.
Он раздевается, чем приводит ее в ужас, это явной тенью ложиться на ее прекрасное личико, может не все потерянно и ей хватить второго урока. Если нет, третий он преподавать ей не хотел, она могла попортить тогда свою ценную шкурку. Девушки со шрамами никогда не стоили слишком высоко, тем более такие миловидные, шрамы портит их вид. -Мне нет, но нужна своему будущему хозяину, - бросил он, отворачиваясь, чтобы уснуть. Она получила достаточно и судя по слезам, ей много будет не надо, она уснет и проснется разбитой, совершенно не готовой к тому, что ее будет ждать завтра. Утра вечера мудренее в его мире работало не так как бы ей хотелось.
Когда с утра он проснулся, то обнаружил, что она спала, и руки ее были содраны в кровь. Она пыталась вырвать свою руку что ли? Обычно некоторым хватает раза, но видимо не ей. Мужчина покачал головой, поднимаясь потер глаза, будто снимая остатки сна. Открывая дверь просит зайти одну из девочек. - Принеси воды и ты ответственная за нее. Объясни ей правила, если она попробует сбежать, голову снимут с тебя, ты меня услышала? - интересуется он, когда она заходит с водой. - Да, - скромно произносит она, пока он одеваясь покидает комнату, но прежде снимая цепь, чтобы ей смогли обработать раны и она привела себя в порядок. Снаружи стояла охрана, чтобы предотвратить всевозможные исходы, где она могла скрыться. Он покинул комнату, когда Лена, именно так звали девочку, прикоснулась прохладной мокрой тряпкой к ее запястью, что привело к довольно резкому пробуждению.
Последующие несколько часов, он был занят делами и судя по тому, что ему никто ничего не говорил, все было более или менее нормально. Потом он обязательно расспросит девушку, о том, что было там, но что-то подсказывало ему, что Лена боялась смерти, боялась наказания и сама не допустит, чтобы доверенная ей девочка сбежала. Людям нравится думать что миром управляет любовь, но это не так. Они закрывают двери на ночь не из любви к ближнему. Они запираются на стальные засовы, потому что они боятся ближнего. Страх есть порядок. Страх есть контроль. Страх есть безопасность. Страх есть фикция. Страх это продукт сознания. Он возникает в умах, а умы способны вообразить что угодно. Они любят страх, любят ужас, люди платят деньги за пару трёхмерных очков и попкорн, чтобы полтора часа сидеть на иголках. Ничто так не вдохновляет человечество, как мысль, что оно может перестать существовать. Страх сам себя питает, подкармливает.
[NIC]Marko Todaro[/NIC]
[STA]твоя проблема[/STA]
[AVA]https://i.imgur.com/45A248b.png[/AVA]
[LZ1]МАРКО ТОДАРО, 35y.o.
profession: бизнесмен, торговля наркотиками и людьми;[/LZ1]
[SGN]
[/SGN]
fuck you! (3)
Дежа вю. Просыпаюсь от того, что дико раскалывается голова, а во рту по меньшей мере Сахара. Настолько отвратительное самочувствие, что совершенно не обращаю внимание, что нахожусь в незнакомом месте. Не понимаю, что происходит, и даже не пытаюсь. Хватаюсь за собственную голову и сгибаю ноги в коленях, в надежде, что сдавлю черепную коробку так, чтобы унять эту невыносимую боль. Не помогает. Совершенно ничего не помогает. Начинаю ловить флешбеки из прошлого. Несмотря на все то количество лет, которое прошло, я помню каждый день своего заточения и рабства, с самой первой секунды. На лбу выступает холодная испарина. Мне страшно. Я действительно боюсь открыть глаза и увидеть то, что видеть совершенно не хочу. Но неизвестность пугает еще сильнее. Собираюсь с силами, мыслями, и медленно открываю глаза. Совершенно незнакомая обстановка, которую я вижу впервые, лишь собственный портрет на стене буквально кричит, что я вновь попала в свою клетку. Взгляд фокусируется на человеке рядом. Марко!
-Ты! Нет, пожалуйста, скажи, что мне это снится!
Мне не снится. В руках у него мой звонящий телефон, и судя по раздающейся мелодии, звонит мой жених. Не успеваю больше сказать ни слова, мой ночной кошмар уходит, забирая вновь всю мою жизнь с собой. Слышу звук закрывающегося замка, а вместе с ним и надежды на спасение.
-Чертов ублюдок. Единственное, что вижу рядом с кроватью, это вазу, мирно стоящую на прикроватной тумбочке. Запускаю ее в дверь. Звук разбитого стекла буквально оглушает и прерывает звенящую тишину, а я вновь хватаюсь за голову. Пытаюсь вспомнить, что произошло. Ничего. Лишь примерка платья, покупка нижнего белья и… и вот я здесь. Оглядываюсь в поисках воды, но ничего не нахожу. Я знаю, что это значит. Знаю, что мне не сбежать и меня снова посадят на цепь. Но и Тодаро должен знать, что я буду пытаться и так просто не сдамся. Я тогда была упрямой и своенравной девчонкой, теперь во мне это возросло пятикратно. Он не смог меня сломать, и теперь не сможет. Я не собираюсь быть его игрушкой, по которой он соскучился и вновь решил поиграться. Пошел нахрен. Ни без стонов боли сползаю с кровати, держась за ее край, чтобы не упасть. Голова кружится, но едва ли меня это сейчас остановит. Еле шевеля своими двумя, первым делом подбираюсь к окну. Оно высоко и на нем решетки. Интересно, какой здесь этаж. Есть ли вообще резон туда лезть и ломать голову, как просочиться сквозь металлические прутья. Лучше с переломанными ногами, чем здесь. Нахожу стул, и волоку его под окно. На подкашивающихся ногах, забираюсь, держась кончиками пальцев за спинку. Теперь высоты хватает, чтобы хотя бы дотянуться и попробовать его открыть или разбить. Дергаю решетку, несмотря на полное отсутствие физических сил. Скрип, скрежет. Но ничего больше. Пытаюсь дотянуться до окна, может быть удастся его разбить, пролезть где-то сбоку, но не получается. Обессиленная буквально стекаю по стулу на пол, пытаясь не терять сознание и оставаться в реальности. Мне. Нужно. Домой.
Буквально ползком перемещаюсь к двери, за которой скрылось мое чудовище. Встаю на колени и пытаюсь дотянуться до ручки, повиснув на той всем своим телом. Дергаю. И дергаю, пока окончательно не выбиваюсь из сил.
Стучу ногами, кричу, зову на помощь, но все попытки к бегству равны нулю. Чувствую, как силы меня покидают и я теряюсь в собственной реальности.
Спустя какое-то время прихожу в себя снова. Все та же опостылевшая мне комната, только на мне уже не платье, а какой-то неизвестный мне комплект черного нижнего белья. Прекрасно. Все как я люблю. Добро пожаловать на десять лет назад, Ана.fuck you! (3)
Проснулась от того, что все тело болело, словно меня избивали несколько дней. Высохшие на щеках слезы красоты моему внешнему виду и хорошего самочувствия так же не добавляли. Приподнимаюсь на локтях, понимаю, что руки свободны, но выглядят весьма удручающе. Содранные буквально до мяса, добавляют моего внешнему виду особую плачевность. Вспоминаю вчерашние слова о продаже, об аукционе и понимаю, что единственная возможность, чтобы меня отпустили – стать страшной, поломанной, никому не нужной. В груди зарождается надежда, которая тут же тает, как только я вижу перед собой девочку, едва ли чуть старше меня. С мокрыми тряпками она забирается на мою кровать, и начинает отмывать руки от крови. Щиплет. Горит. Но терплю, сама виновата.
-Как отсюда сбежать? Кому-нибудь удалось? Я быстрее сама себе перережу горло, чем буду тереть такое обращение.
Рука незнакомки замерла, а лицо ее сильно побледнело. Еще бы, ведь она отвечает за меня головой. И если я выкину какой-то номер, голова эта полетит с ее плеч, не с моих.
-Попытки были, но заканчивались либо смертью, либо адом для девочек, которые потом об этой самой смерти молили. Не надо, даже не думай. Погубишь и меня и себя.
Голос девчонки дрожал так сильно, что мое сердце сжалось от жалости к ней и испуга. Нет, для меня, пожалуй, смерть была бы более гуманным выходом, чем продажа на аукционе, или еще одна подобная ночь, но если эта малютка так боится уйти в другой мир, то не мне ее на это и обрекать.
С руками было покончено, на них наложили тонкие бинты, после чего принесли чистую одежду. Я переоделась, смирно сидя на углу кровати и ожидая дальнейших событий. Покормят? Продадут? Отведут в обшую комнату, где я была до этого? В клетку посадят или на цепь? Я решила не рисковать и не портить новой знакомой жизнь. Со своей красотой разберусь позже. По крайней мере, у меня появился план и какой-то лучик надежды. Меня привели в порядок окончательно, даже волосы уложили в некое подобие какой-то прически. Кому же такая красота достанется? Никому!
-Мы закончили, не делай глупостей, за тобой скоро придут.
С этими словами девушка удалилась, а я осталась одна в оглушающей тишине. Я слышала, как дверь закрылась на ключ с той стороны, наверняка комнату охраняют, окон тоже нет. Пробовать бежать бесполезно, некуда. Сижу. Грущу, осматриваю обстановку. Вижу вазу, вижу две прикроватные тумбы и голые стены. Собрала один угол, второй, на ногах начали появляться покраснения, которые позже превратиться в синяки. Задела рукой, словно и так на них мало повреждений. В завершении всего, разбила о стану вазу, и принялась ходить босиком по осколкам, чувствуя как они впиваются в мои ноги. На белоснежных коврах остаются капли крови. Мне плевать. Я плачу от боли, и вновь начинаю ходить по осколкам, словно это осколки моей прошлой жизн
A love so pure you
could call it violent.
Она психовала. Она была в ярости. Она была напугана. Она вновь была в клетки из которой сбежала десять лет назад. Он виде по камерам, как она билась в закрытые двери, как пыталась вырвать решетку, пока не потеряла сознания. Девушки быстро проникли в комнату, и подготовили все необходимое, убрали вновь разбитую вазу, он и забыл какого это было, а вспомнив сейчас что было после с большим удовольствием повторил бы с ней это. Вот только сейчас было не время.
Когда он оказался в комнате, она лежала на кровати в черном кружевном белье. Привлекая его внимания, однако ему нужно было в душ, потому что сегодня он прикасаться к ней не планировал, она сама придет к нему. Нужно лишь время, которое он ей даст, совсем немного. Ее тело помнило его, он ощутил это еще на приеме, когда она была податливой и такой мокрой. Холодны душ, был весьма к стати. На нем были простые штаны и на шее висело полотенце, когда он вышел к Ане, что уже приподнялась на кровати. - Ты очнулась, прекрасно, - говорит Тодаро, стряхивая с волос воду, оставляя полотенце на одном из стульев. - Проголодалась? Скоро принесут ужин, - продолжал он спокойно, смотря на нее и видел как злость буквально захватывает ее. Удивительно, как он всегда бесил ее настолько сильно, что это было очень сложно скрыть. Цвет ее глаз становился почти непроницаемый от это злости, которая практически сжирала ее. В дверь постучались и занесли ужин, у дверей сразу появилась охрана, которая буквально говорила, что ей не пройти мимо.
- Я расскажу тебе правила, все просто, - начал Марко, поймав ее взгляд. - Тебя не продадут. Я не прикоснусь к тебе, но ты будешь жить и спать со мной в одной постели, и ты можешь предпочесть другое место, но тогда это будет на полу, - с ледяным спокойствием рассказывал мужчина, прекрасно понимая, что она скорее всего предпочтет пол, но на долго ли ее хватит? Он пообещал себе не давить, она не была больше той девочкой, чью девственность он не смог продать только по тому, что сам лишил ее этой маленькой детали и тогда все было весьма мягко, нежели с другими, потому что как бы это не звучало, она сама его вынудила это сделать. От воспоминаний у него сразу шевелилось в штанах, приходилось успокаивать себя. - А теперь ешь и спать, - говорил мужчина принимаясь за еду, примерно понимая, что она может начать психовать и показывать свой характер. Ему оставалось только надеяться, что девушка не была совсем дурой и понимала что послушание ей даст больше.
Ана выросла, стала красивее, ее тело сформировалось и теперь в ней вновь был тот стержень, который он едва не сломал, однако ему хватило духу, дать девочки расправить крылья и теперь перед ним была прекрасная бабочка, которая пыталась упорхнуть дальше от огня, которым был он. Она была его любимой игрушкой, после нее было пара девочек, которые все еще были с ним, и которые были не рады тому, что Марко притащил в дом Ану. Девочку, которая когда-то была легендой и сбежала из плена, после было еще пара попыток, но они закончились показательными смертями, ущерб который было сложно возместить, однако ради порядка это было просто необходимо.
Марко Тодаро получает всегда чего хочет, и сейчас он хотел сорвать это белье с девушки, но не стал потому что понимал, что может получить куда больше если она сама придет к нему, как это было тогда. Только вот сейчас она была старше и он был уверен, что более раскрепощенной.
Через жестокость
рождается величие.
Марко занимался тем, что большинство людей бы шокировало. Его род деятельности вызывал шоке, ужас и отвращение, которое так или иначе отражались на лицах новых знакомых. Однако никто не мог сказать, что он был не справедливым. Мужчина всегда давал выбор девушкам, как возможность ощутить что-то новое, принять новую реальность, если она этого не делала, это было не его проблемой. Как говорила его любовница «Когда жизнь нагибает тебя и пытается трахнуть, или расслабься, или трахни ее в ответ». Марко трахал и ее и жизнь. Какая разница, кто она хотела, получит она только то, что ей позволят. Когда ему пришли отчитались, что девушки собраны и их осмотрел врач, он кивнул.
Осматривая девушке, он рассказал о том что их ждет. Кто-то плакал тихо, у кого-то была истерика и их пришлось привести в чувство не самым приятным способом. Однако все это поменялось, когда в комнату проскользнула Лена и сообщила, что ту малышку привели в порядок, но она была бледна. - Я заходила к ней, она хочет сбежать и я слышала звук битого стекла, - говорила она, Марко лишь вздернул бровь, понимая что она не усвоила уроков, значит ей придется объяснить все еще раз. Он отослал девушку, направляясь в сторону своей комнаты, проходя мимо комнаты с самыми разными предметами, Тодаро захватил лишь один маленький и весьма невинный для взрослой девушки, но не для девственницы. Она будет его ненавидеть всю свою жизнь, но в конце концов, кто его любит из двушек? Лишь единицы, которые приняли правила игры, и которые получали кайф от секса.
Когда дверь была открыта он застал весьма интересную картину. Она ходила по осколкам и оставляла кровавые следы по белоснежному ковру. Марко направляется к ней, и за резко хватая за шею, перекидывает через перила кровати, так чтобы она лицом уперлась в простыни а задняя часть болталась в воздухе. У дверей маячила бледная Лена, он кивнул ей, что было воспринято сразу, она побежала за водой. - Ты тупая? - резко спрашивает он, смотря в ее лицо, когда ей все же удалось поймать немного воздуха. - Ты делаешь только хуже себе, ускоряя все самое пугающее, - одной рукой он все еще удерживал легко ее между лопаток, когда ей обрабатывали и убирали стекло. Тодаро, завел ей руки за спину, связывая их тканью, так как понимал, что наручники принесут ей еще большую боль, которой сейчас будет предостаточно. - Лена, ты свободна, только сначала дай мне смазку, - приказал мужчина, от чего ее глаза расширились, а он уже задирал платья девушки и стягивал трусы. - Вон, - рявкнул он, и они довольно быстро остались вместе.
Ее маленькая задница все еще была приподнята и он мог видеть насколько она была узка. Доставая анальную пробку, он положил ее рядом с ней. Тодаро мог трахнуть ее в задницу, но это была крайняя мера, она должна была понять и без этого. Он понимал, что это может быть грязно, но вот только его это мало волновало, ему хотелось преподать ей урок. Мог это сделать без смазки, но это будет довольно тяжело. - Только попробуй рыпнуться, я тебе глотку вырву, - обещал он, выдавливая смазку и проходя по аналу пальцем. Она напряглась, он лишь усмехнулся. Пробка была небольшого размера, почти безобидной, но впервые ей это врятли понравится, в отличии от него, его возбуждали подобные действия. Проводя пробкой по ее заднице, он направил ее в анал, слегка надавливая, и когда с ее губ начал срываться крик, зажал ей рот левой рукой, а правой продолжая давить на нежную плоть, пока она не поддалась и пробка не утонула в ее заднице. Марко погладил ее по бедру, прежде чем его ладонь тяжело опустилась на нежную филейную часть, приводы пробку в движения. - В следующий раз, там будет член и я обещаю тебе, он будет куда больше и толще, чем эта игрушка, - говорил он ей, отпуская ее рот, перетаскивая на кровать, переворачивая на спину, видя как дрожат ее ноги. - У меня дела, я вернусь через час, а ты пока можешь походить, если сможешь, - он усмехался над ней.
[NIC]Marko Todaro[/NIC]
[STA]твоя проблема[/STA]
[AVA]https://i.imgur.com/45A248b.png[/AVA]
[LZ1]МАРКО ТОДАРО, 35y.o.
profession: бизнесмен, торговля наркотиками и людьми;[/LZ1]
[SGN]
[/SGN]
Вы здесь » alessiahill » Сакраменто » There is nothing that a person would not do out of fear.