You don't get to pick and
choose when your ideals matter.
You either live by them or you don't.
                  Что могло пойти не так когда они решили пожениться? Их рейс задержали из-за погодных условий, уже тогда стоило задуматься. - Все не могло быть идеальным,- говорит он в макушки девушке, которая облокотилась на его плечо в зоне ожидания. Алиссия подняла глаза на него и он пропал, наклоняясь поцеловал ее в губы и сразу стало намного легче. - Хотя сейчас идеальнее некуда, - шепот в губы любимой невесты. Усмехнувшись, сжал руку девушки. Всего тридцать минут, но это не то, чтобы много, однако достаточно, чтобы заставить его нервничать. Однако девушка была расслаблена и эта уверенность передавалась ему. Хотелось бы чтобы все прошло идеально.
                  Вылететь они смогли лишь через полтора часа. Одно радовало,что вылететь они решили заранее, чтобы отдохнуть и подготовиться. Эта свадьба должна была стать камерной, для своих, и гости приехать должны были завтра. Смотря на свою жизнь, которая в какой-то момент так стремительно изменилась. Он мог лишь улыбнуться. То, что должно было стать единственной ночью превратилась в череду моментов, ссор и выяснения границ друг друга. Они давили, и иногда через чур серьезно, едва не потеряв эту связь что была у них. Тонкая нить все же тянулась между ними и даже если они не виделись так долго, одного взгляда достаточно, чтобы начать снова гореть. И не смотря на этот огонь, он не сжигал их, лишь распалял.
                  Вылет был ранний, поэтому почти весь перелет они проспали, и разбудила их стюардесса уже при подлету к островам, где их ждал вертолет, что доставит их на нужные острова на котором будет проходить мероприятие. - Ты не устала? - тихо спрашивает мужчина, когда она садиться рядом уже явно посвежевшая. Алиссия улыбалась и кажется была очень спокойной. Поцеловав ее в висок, это было до боли привычное движение, которое он так любил. Он ощущал вкус ее кожи и аромат ее волос и она будто окутывала его. Мужчина замечал, что чем дольше он с  ней тем менее интересны ему становятся другие женщины. Перестал замечать такие моменты, как знаки внимания или флирт на съемочной площадке, он становился семейным человеком, осталось самую малость. Узаконить это.
                  На месте было жарко и выходить на улицу не хотелось. Следующий транспорт прибыл вовремя, как и они, и предупреждения и запоздалый рейс забылись, стоил им оказаться в пределах номера. Встретили их острова, легким ветром, но не достаточным, чтобы справиться с жарой. Светлый песок, что обжигал. Уже был ранний вечер, поэтому они успели привести себя в порядок, разместить ценный груз в виде чехла с платьем невесты в номер, чтобы отправиться на ужин. Переплетая их пальцы, они нашли первый попавшийся ресторанчик на берегу. - Мы на месте, - его ладонь накрывает ее руку, слегка поглаживая по кольцу, что сейчас сверкнуло в свете свечей. - Ты готова стать миссис Эттвуд? - интересуется мужчина, когда перед ними оказывается два бокала и ужин, что они заказали несколько минут назад.

  If you want to make God laugh,
tell him about your plans.

                  Он смотрит на нее. Ему хотелось узнать о какой именно она поездки, потому что после первой она вообще сбежала от него, а в Греции испугалась. Они слишком много борьевов прошли, они любили друг друга. Они много раз рисковали потерять то хрупкое счастье которое у них было. Дейрон не высказывает свои опасения, потому что их пальцы переплетены и они любили, все было сделано правильно. Одна касание и все сомнения оставляют его и так было всегда. Там где его жизни касалась эта невероятная женщина согласившаяся стать его женой — все становилась правильно.
                   Организатор, который позвонил им еще до ужина больше не беспокоил пару, они полностью доверились ей, делая только выбор. Никакой суеты, как и ужин, который они проверили вдвоем. Вкусная еда, любимая женщина, что прижималась к нему, когда они танцевали там. Он прижимал ее к себе через чур сильнее, чем требовалось, но ему хотелось ощущать ее близость, как и аромат что окутывал с самого начала отношений. Его девушка небо. Кто же мог подумать, что та встреча выльется в это.
                  Спали они вместе, но вот душ был быстрее чем обычно, ведь, когда они там были вдвоем оторваться от Алисии было просто невозможно. Эта девушка могла заставить его загореться одни взглядом из под полуопущенных век, в которых можно было прочитать все ее желания. Поэтому пять минут и он был в номере, зашторив плотно окна, чтобы утром солнце не мешало им спать, разбуди раньше в этот сложный день. Провести эту ночь без секса было не сложно, если понимать, что завтра она уже будет его женой.
                  Разбудил их будильник, который она тут же выключила, но ему этого было достаточно, тем более она поворачивается  к нему и утыкается в грудь, на что его руки автоматически притягивают ее податливое тело к себе. - Сегодня ты станешь моей, - немного севшим ото сна голосом говорит он, прежде чем накрыть ее губы поцелуем, не позволяя ей больше говорить, упираясь своим утренним стояком в ее бедро,  нависая над ней, расположил обе руки по сторонам от ее головы. - Сбежишь? - интересуется мужчина смотря в затуманенные глаза Алисии. Его губы скользили уже по ее шее, когда в дверь громко постучались. - Твою мать, - простонал он в районе ее груди. - Они уйдут, - бормочет он, новый поцелуй, коснувшийся дерзкого соска, но стук повторился. - Убью нахер, - выругался Эттувуд, скатываясь с девушки и направляясь к двери.
                  Распахнув дверь, он приподнял бровь, на пороге стояла организатор свадьбы и была она мокрая и растрепанная. - У нас проблемы, - дрожащим голосом в котором слышались слезы, говорила она, за его спиной открылись шторы, видимо Алисия. Развернувшись к большому окну им открылся самый настоящий шторм, что клонил деревья к земле. Девушка замерла у окна, он подходит к ней и прижимается к ее спине обнимания за талию. - Все хорошо, - шепчет он, - Я все равно женюсь на тебе сегодня, - успокаивает Дейрон, целуя Алисию в обнаженное плечо, отворачивая ее от стихии. - Какие у нас варианты? - задает он вопрос организатору.

Он тоже боялся.
Но и понимал, что если они не сделают этот шаг вместе,
то дальше им придётся идти в одиночестве. 

                Дейрон бы кривил душой, если бы сказал, что не напрягся. Все время с ней начиная со знакомства до сановления пары они жили словно на вулкане. И сейчас он буквально видел, как в ее глазах промелькнуло «Не судьба», но он не позволит даже частично укорениться этой мысли, слишком сильно он любил ее. Руки лишь сильнее сжали ее талию, давая понять, что он не отпустит ее, не позволит сраной погоде испортить то к чему они так долго шли и выстраивали дорогу. Дейрон даже пожалел, что он вообще открыл дверь, надо было закончит начатое, вот только теперь это было возможно после клятв и заветного «Да». У них сейчас было много работы. - Я так понимаю и гости не все смогли добраться? - интересуется Эттвуд и ловит вздох организатора, на что только усмехается. - А ты говорила много друзей, кажется теперь будем только мы вдвоем, - на ушко шепчет мужчина своей невесте, - Но большего мне не надо, только ты, - заверяет, оставляя поцелуй на на ее нежной шее, затем прикусывая мочку ушка, ловя легкие мурашки Алисии.
               Они слушают организатора и только кивают.  – Работники отеля предложили холл. Главный холл. Там высокие потолки, пальмы в кадках, можно быстро переставить мебель, повесить гирлянды. Это не то, что мы планировали, но… - Алисия поворачивается к нему, и он улыбается ей, едва касаясь губами щеки и век девушки, успокаивая и будучи уверенным в своем решение сделать ее своей. – Я готова выйти за тебя даже в этом номере, если придётся. Даже посреди бури. Мне всё равно. - признается девушка, а он лишь улыбается. Он ее любил. Дейрон никогда ранее не испытывал такого. Он любил да, но никогда никого не желал назвать женой и впустить в свою жизнь на совсем. Алисия оказалось неприступной крепостью, и он не отступил, пробиваясь через каждую преграду, которую она возводила, потому что впервые знал, что именно она ему нужна.
                Им озвучили сроки. - Делай все что нужно, лишь бы она мне сказала «Да», - усмехается Эттвуд. Сильнее прижимая ее к себе, отворачиваясь от организатора, давая понять что разговор окончен, они смотрели на разбушевавшуюся погоду. - Я закажу завтрак в номер, а пока его подадут, может в душ? - мужчина потянул за пояс ее халата, распахивая его, ладонь касается ее живота, затем поднимается выше к груди. - У нас 3 часа, чтобы собраться, - напомнил Эттвуд, подталкивая ее к ванной, а сам направляется к телефону.
                Заказав завтрак в номер, направляется за Алисией, которая уже встала под воду, что скользила по ее телу. Сбрасывая своей халат он приземляется рядом с ее. Легко проникая в душевую кабину, он ощущает воду, что отбивает по телу бодрящей струей. - Я бы женился на тебе и без церемонии, мне все равно на погоду, платье и оформление, ты прекрасна всегда, тем более сейчас, - признается Эттвуд, ладонью скользя по ее бедру, затем ныряя пальцами к внутренней стороне бедра. - Нас кажется прервали на том, чтобы моя красавица невеста получила свой оргазм, - легко найдя ее клитор, он погладил его, заставляя ее прислониться к своей груди спиной. Пальцы легко скользнули внутри лоно поглаживая нежную плоть, едва задевая клитор большим пальцем, дразня ее. - Как ты хочешь кончить? - шепчет ей на ушко, добавляя уже третий палец, растягивая ее, позволяя ощутить заполненность.
                Они были зависимы друг от друга. Они давно перестали отрицать это и сейчас только утвердились в своем решение сделать следующий шаг. Между ними ничего не измениться. Просто для окружающих, они покажут насколько у них все серьезно. Смог бы он продолжать, если бы девушка ему отказала? Да, лишь бы продолжать ощущать ее рядом. Без нее уже ничего не имело значения, она давно забралась ему под кожу и бежала по его венам.

  То, чего нет, не может исчезнуть.
И клятва, которую никто не давал,
не нарушится никогда.
              Дейрон знал эту девушку слишком хорошо: он несколько раз едва не потерял ее. Возвращал и каждый раз боялся, что она ускользнет, что любви будет недостаточно. Слишком хорошо помнил те ссоры и примирения. Алиссия сильно верила в свои правила, но даже это им удалось обойти. Непогода в день свадьбы — звучит как «не судьба». Эттвуд слишком хорошо это понимал, поэтому успокоил ее тем самым способом, который они так сильно любили. Он никогда не отрицал, что секс был большой частью их жизни. Поэтому все сомнения стерлись так же легко, как и появились. Женаты или нет, она должна была знать, что между ними ничего не изменится.
              На его действия в душе прилетела ответка, и он что-то неразборчиво пробормотал ей в шею, пока она поглаживала его, пока они оба не получили разрядку. Эта девушка всегда знала, что ему нужно, и неважно, в каком положении они оказывались оба. Он удерживал ее за талию, не желая отпускать, он хотел ощущать ее тело так близко, как можно дольше. Времени у них было не так много, но если она не успеет собраться, Эттвуд женится на ней, даже если они оба будут в халатах. — А я тебя, — отзывается Дейрон, когда она выходит из душа. Опираясь на стену руками, он сменил воду на почти холодную и с минуту стоял под ней, стараясь привести мысли в порядок. Рядом с ней все было иначе, все становилось таким неважным, хоть до этого было важно для него. Они не утопали друг в друге, они дополняли друг друга. Слишком разные в силу возраста и характера, все равно находили точки движения вокруг оси друг друга.
              Они завтракали, когда ее слова вызвали у него усмешку. — У нас с тобой никогда не будет скучной жизни, ты же знаешь, что для этого мы слишком разные. Однако я бы предпочел погоду чуть-чуть получше, — шутил мужчина, смотря, как за окном бушует ветер и буря. — Как фотограф говорю: фотографии на солнце выглядели бы лучше, — продолжал он, оставляя легкий поцелуй на ее губах, пока их снова не прерывают и она уходит в другой номер.
              Дейрон понимал, что ему ничего не надо делать, кроме как одеться, поэтому, надевая джинсы и футболку, спускается вниз, чтобы проверить, как идет приготовление. Работники под чутким руководством организатора приводили арку в порядок, заменяли цветы, которые были испорчены ветром. — У нас все под контролем, — говорила она ему, а сама не знала, за что хвататься. — У вас все получится, в любом случае свадьба состоится, — отозвался он, разворачивая листок, на котором была клятва; он переживал и уже несколько раз перечитывал ее. Ему было неважно ничего. Он мог просто ворваться сейчас в ее номер и сделать так, чтобы они поженились, вот только Эттвуду хотелось, чтобы в ее жизни было что-то правильное. А что может быть правильнее, чем то, что они будут вместе в этот день перед лицом стихии.
              Поднявшись в номер, он достал свой белый костюм. Они договорились на легкие образы, что откликалось свадьбе на острове, но непогода привнесла свои коррективы. И раз пляжа не будет, он остановил свой выбор на классическом костюме, который вписывался в формат свадьбы. Приведя себя в порядок, он оставил несколько пуговиц расстегнутыми, что открывали тату, которая вилась по шее. Спустился он вниз, когда организатор сообщила о том, что невеста готова и у них было пятнадцать минут, чтобы занять место у алтаря. Пятнадцать минут до того, как любимая женщина свяжет с ним свою жизнь.

Я предлагаю сердце, которое тебе уже принадлежит,
и руку, на которую ты всегда сможешь опереться.
               Волноваться. Он начал волноваться. Его, кажется, не трогали ни гости, которые успели добраться, пусть и не все, ни прекрасно украшенный зал. Среди присутствующих были и гости острова, которых он не знал. За окном бушевал шторм, кидаясь в окна, но это было как будто не важно... только она. Алисия ступила в зал, и вел ее под руку отец, который, видимо, тоже успел. Дейрон был рад, что родители нашли в себе силы поддержать дочь, хоть и едва не сломали ей жизнь. Эттвуд многое бы отдал, чтобы его родители были на свадьбе, но у него такую возможность отобрали еще в юном возрасте. Она была такой красивой в этом платье, что у него перехватило дух, он не сразу вспомнил, что должен дышать. Музыка была громче, чем хотелось бы, но перебить бушующую стихию было невозможно.
               Теплая рука девушки легла в его ладонь, и мужчина сжал ее сильнее, чем требовалось, но недостаточно, чтобы никогда не отпустить ее. Священник окинул их глазами, полными понимания, а вокруг них замерли гости; продолжала бушевать погода за окном, но они больше не боялись — они были тут и, смотря друг другу в глаза, были готовы клясться в своих чувствах. — Сегодня мы собрались здесь, чтобы засвидетельствовать союз двух душ, двух сердец, двух судеб... — начал священник. Дейрон лишь улыбнулся ей, поглаживая кончиками пальцев внутреннюю сторону ее ладони — ласково, успокаивающе и нежно. — А теперь молодые скажут о своих чувствах, — закончил священник; теперь он смотрел на него. — Да, простите, засмотрелся на свою жену, — с улыбкой сказал он, а гости понимающе начали хихикать. — Алисия, сегодня я смотрю на тебя и понимаю: всё, что было до тебя, вело меня именно к этому дню, — начал мужчина, смотря только на нее. — Я обещаю не принимать нашу любовь как должное, беречь тебя и каждый день выбирать нас заново. Как тогда в Барселоне, Риме и любом городе мира. Я буду твоим партнером в каждом путешествии, твоей крепостью в любую бурю... — он усмехнулся, бросая вызов бушующей погоде, — ...и твоим самым большим поклонником, — уже серьезнее продолжил он, не отводя взгляда от ее глаз. — Я обещаю искать компромиссы, никогда не ложиться спать в ссоре и каждый день находить новые причины любить тебя ещё сильнее. А когда мне кажется, что любить тебя еще больше просто невозможно, ты доказываешь обратное, и я люблю. — Смотря в ее глаза, он закончил: — Вместе мы создадим мир, полный любви, понимания и твоих фотографий в мою личную коллекцию. Я люблю тебя, Алисия, — смотрел он только на нее, но слышал всхлипывание ее матери и вздохи некоторых гостей. Дейрон был поглощен ею. Он никогда не хотел принадлежать ни одной женщине за всю свою жизнь — мужчина принадлежал только себе, но пришла она и снесла все, что он так надежно выстраивал. Он полюбил, отпустил ее и вернул, понимая, что совершил самую большую ошибку в жизни. Теперь они станут одним целым, и ничего больше не сможет изменить этого. Он любил ее настолько сильно, что, смотря на нее сейчас, улыбался, будто говоря, что понимает, и сжимал руку сильнее; как и ураган, что был за окном, ничто не помешает назвать ее своей.

Давайте добавим в историю
немного любви и тогда все пойдет,
потому что любовь правит миром.

                Разве можно было любить больше? Дейрон слушал ее и понимал: вот оно. Он любил ее все больше и больше, как будто эмоции и чувства обретали слова и осязаемость в этот самый момент на кончике языка этой самой девушки, что смотрела в его глаза и больше не видела никого. Им больше не нужен был никто. Пусть не приехал бы ни один гость, пусть бушевала бы погода, а они поженились бы в кабинете директора — они бы сделали все, чтобы произнести клятвы и вновь ощутить эту любовь.             
                Поцелуй. Легкий и такой невесомый сначала. Он стирает слезинку с ее щеки. — Я люблю тебя, моя девочка-небо, — шепчет мужчина, прежде чем углубить поцелуй, прижать ее к себе сильнее, будто показывая ей и всем окружающим, что ничто не сможет отнять у него эту женщину, что стала его женой. Он не позволяет поцелую прерваться, лишь сильнее ощущая ее тело, прижатое к его груди. Однако им нужно было дышать. Отрываясь от ее сладких губ, он еще раз быстро поцеловал ее, будто бы ему было мало. Вокруг них были люди, которые хлопали и плакали, а погода раскрывала им свои первые лучи света. Шторм сходил на нет, как и все, что могло бы испортить этот самый момент. — Моя жена, — говорит Эттвуд на ушко Алисии. — Миссис Алисия Эттвуд, ты теперь моя, официльно, - — смакуя каждое слово, его губы скользят по ее шее, вызывая на ней легкие мурашки.         
                Дейрон отклоняется, заглядывая ей в глаза, когда к ним начинают подтягиваться гости в желании поздравить. Это превращается в вереницу людей, которые не все были им знакомы. Среди поздравляющих были и жители отеля, которые не захотели оставаться в стороне. И они принимали все эти поздравления, а пальцы их были переплетены. Мужчина не желал отпускать ее ни в эту секунду, ни в любую другую.           
                Когда они все переместились в небольшой банкетный зал, они двигались от гостя к гостю, пока тепло не стало невыносимым и окна не открылись: над морем был почти штиль. Эттвуд, переплетая их пальцы, увлекает девушку за собой, помогая ей снять обувь, и разувается сам, наступая во влажный, едва прохладный песок. Они отходят подальше от гостей, ощущая волшебство момента, когда остались вдвоем.         
                Наклоняясь, он вновь целует ее, поглаживая ладонью ее щеку, спускаясь по шее, ощущая, как под пальцами бьется яремная вена, как она дрожит от его прикосновений. — Моя жена, — вновь пробует он на вкус эти долгожданные слова, чувствуя, как в поцелуе отражается ее улыбка. Ощущать ее по новому, любить и понимать, что они на новом пути. Рядом с ней тепло, спокойно, все как будто становится на свои места, когда она рядом, будто пока ее нет — он чувствал, что чего-то не хватает. Страсть ничто по сравнению со всепоглощающей и бескорыстной любовью. Ее власть над человеком очевидна. Алисия была дня него всем и ему хотелось, чтобы она знала про это. Чтобы ощутила всю любовь, которая была только для нее.